Ситуация вокруг Марьинского полигона по-прежнему в центре внимания. В среду, 1 августа, главный федеральный инспектор по Владимирской области Сергей Рыбаков вновь озаботился вопросом утилизации отходов в регионе-33. Собрал у себя в кабинете совещание. Пригласил работников «зеленой» прокуратуры, полиции, директора областного департамента природопользования и охраны окружающей среды Алексея Мигачева, руководителя управления Росприроднадзора по Владимирской области Петра Астахова, начальника инспекции государственного строительного надзора АВО Андрея Девятова. На «разбор полетов» приехали и власти Камешковского района - территории, где расположены Тереховецкая свалка и Марьинский полигон. Ну и, конечно, в список приглашенных попали генеральный директор ООО «СпецТехАвто» Альберт Скворцов и один из инициаторов реализации проекта в Марьинке Алексей Мельников. Позвали и журналистов.
В закрытом режимеСМИ, естественно, живо откликнулись на приглашение: Марьинка - вопрос злободневный. Тема не уходит который год. Как тут пропустить «встречу в верхах»? Новый ГФИ уже совершил турне по свалкам («ВВ» об этом писали в номере от 20 июля с.г.).
Было резонно предположить, что ГФИ уже вник в проблему и, собирая у себя заинтересованных лиц (кроме представителей населения), готов внести ясность в острый вопрос. Тем более что накануне в Марьинке побывали специалисты Росприроднадзора ЦФО, которые выезжали в Камешковский район по сигналу о повышенном радиационном фоне на полигоне и вокруг.
Но радость СМИ, размечтавшихся об информации из первых уст, была недолгой. Доводов представителей всех задействованных инстанций мы не услышали. Огласив повод для встречи - проблемы Марьинского полигона и Тереховецкой свалки ‑ Сергей Рыбаков огорошил:
- Пресса, спасибо! Дальше совещание пойдет в закрытом режиме. А я минут через 30 выйду и вам расскажу о предварительных итогах.
Пишущая и снимающая братия перебралась в приемную - изучать список приглашенных на совещание и сличать его с наличествующими за столом лицами. Обнаружилось, что в кабинете нет ни Скворцова, ни Мельникова. Неужели они проигнорировали? Неужели им есть что скрывать?
И в этот момент в приемную вошли оба. Обидно, но опоздание на две минуты (по вполне объективным причинам: новая пропускная система на шестой этаж «белого дома» кого хочешь поставит в тупик) лишило бизнесменов возможности участвовать в совещании. Не только нас, но и их, непосредственных участников марьинского процесса, тоже оставили за дверями. Зато у нас - нет худа без добра - появилась возможность узнать позицию бизнеса.
Лицензии -
в наличии
Первый и самый главный вопрос ‑ по завозу в Марьинку и Тереховицы нефтешлама. На каком основании в Камешковском районе появились нефтеотходы и насколько близко мы подошли к экологической катастрофе?
- Вся истерика, которая разразилась вокруг той работы, которую мы начали, не имеет ничего общего с реальной экологией. Это просто способ добиться своих, как мы видим, часто корыстных целей, - высказался Алексей Мельников. - Лицензии, выданные территориальным органом Росприроднадзора, подписанные его руководителем Астаховым, позволяют «СпецТехАвто» захоранивать нефтешламы даже в необработанном виде. Но, следуя свой логике - комплексно работать с отходами производства и потребления, предприятие намерено максимально перерабатывать эти ресурсы и снова запускать их в хозяйственный оборот. Без всякого ущерба для окружающей среды. То, что называется нефтешламом - это промышленные отходы 3-го класса опасности. Есть несколько технологий, которые обеззараживают эти производственные отходы. В результате появляется очищенная вода, нефтебитумосодержащие остатки, которые можно использовать для отопления, дорожного строительства, последующей переработки на НПЗ. И появляется загрязненный песок, который является отходом 4-го класса опасности, что, по сути, - обычные бытовые отходы. Это уже обеззараженный продукт. Его можно обработать с органическими добавками - бактериями, которые разлагают остатки нефти до состояния, позволяющего этот песок использовать для грунта под высадку сельхозрастений.
- Еще раз повторю, - продолжал Алексей Мельников. - В Марьинке не собирались захоранивать нефтешлам, хотя разрешение на этот счет у нас есть. Мы собирались с этим работать, нефтесодержащие фракции выделять и прочее. Это никак бы не отразилось на состоянии окружающей среды. Когда еще только проект прорабатывался специалистами, было подсчитано, что если полигон в Марьинке будет целый год работать с полной загрузкой (каждый день по 1000 кубометров), то загрязнение окружающей среды от его работы будет в 120 раз меньше (!), чем выбросы от федеральной трассы М7. Это статистическая погрешность!
Следовательно, ажиотаж, который возник, ничем не оправдан. Суть кроется в совершенно тривиальных коммерческих интересах. У нас несколько десятков тысяч тонн в год масел, нефтесодержащих отходов, находящихся в обороте, не поступают на рекультивацию, обеззараживание. Это значит, что они просто выбрасываются в окружающую среду. Результаты этого загрязнения любой человек может посмотреть во всех наших «гаражных республиках», где вся земля на сотни метров вокруг и на десятки метров вглубь пропитана этими отработанными маслами.
Истину
определит суд?
Незаметно за разговором с компетентными собеседниками, которые терпеливо и внятно объяснили журналистам особенности безопасной технологии на Марьинском полигоне, пролетели обещанные Сергеем Рыбаковым полчаса ожидания. ГФИ вышел к прессе и почти по-военному произнес: «Готов ответить на ваши вопросы». Вопросы были.
- О чем вы сегодня совещались за закрытыми дверями?
- Сегодня целый блок вопросов, связанных с эксплуатацией полигонов в Марьинке и Тереховицах, - ответил чиновник. - Сейчас проводится ряд проверок - прокурорских и административных. Ведутся следственные действия, идет разбирательство в суде. И поскольку дело в суде, то дождемся судебной оценки, суд разберется, кто и на что имеет право. У администрации полигона есть своя позиция, не в моих правилах комментировать что-либо до судебного решения. Полученная бизнесменами лицензия как минимум может трактоваться неоднозначно. Никакого четкого разрешения там не имеется. Но фактов, что лицензия получена незаконно, - нет.
Впрочем, практически сразу после отказа от комментариев некоторые оценки происходящему вокруг Марьинского полигона Рыбаков все же дал. По его мнению, нефтешламу «однозначно не место на полигонах ТБО». Бытовые же отходы по-прежнему возят на Марьинский полигон, и делать это «СпецТехАвто» никто не запрещает - ни суд, ни прокуратура. Никакой радиации нет: это была обычная очередная «утка».
- Была информация, что там присутствует радиация, - сказал Сергей Евгеньевич. - Но официально заявляю, что радиационный фон там не превышен.
По словам ГФИ, со временем, после устранения всех недостатков, на Марьинский полигон обязательно повезут мусор из Владимира, Суздаля, Коврова и других городов и районов, определенных генеральной схемой санитарной очистки территории области, которая утверждена губернатором. А свалки в Тереховицах, Ново-александрове и другие должны быть закрыты и рекультивированы. Другого выхода нет.
- Проблема с мусором во Владимирской области застарелая, она на протяжении многих лет нарастала. Излишне искать в ней политический аспект. Этот вопрос абсолютно экономический и административный. Есть огромное количество мусора, который некуда вывозить. Так во Владимирской области исторически сложилось, уж не будем искать виноватых. А негативная реакция жителей, которых я понимаю, связана с их недостаточным информированием, - отметил Сергей Рыбаков.