Слыша слово «театр», мы предсказуемо думаем прежде всего о Чехове, Островском, Шекспире и Шоу. Но ведь театр хорош не только прекрасной классикой. Талантливо и с душой поставленная современная реалистичная социальная драма - тоже искусство. Причем искусство, цепляющее и заставляющее задуматься.
Режиссер Владимир Кузнецов с «благословения» гендиректора Владимирского академического театра драмы Бориса Гунина поставил пьесу Ярославы Пулинович «Наташина мечта» - о девочке из провинциального детдома, у которой от рождения не было ни единого шанса на нормальное будущее...Она глупенькая, ограниченная и некрасивая, но чистая и наивная до слез. Она смотрит в огромное детдомовское окно, весь мир в котором ‑ лишь серые жалкие хрущевки. Она рассказывает о страшных вещах, которыми была наполнена ее коротенькая жизнь, и даже не отдает себе отчета в том, что они ‑ страшные. Она говорит с грассирующим «р» на лексиконе подворотен, оттанцовывает под дрянную попсу, дует пиво из горла и мечтает о большой красивой любви - «чтоб с фатой и с шоколадными конфетами». Конфетами ее накормят, и не раз. Человек, которого она сочтет прекрасным принцем, хотя он этого по-настоящему и не поймет. Он приручит ее и дважды предаст, хотя истоки этих предательств ‑ не в подлом характере и не в злобе, а всего лишь в неготовности взвалить на себя больше, чем планировал. Прекрасный принц Наташи ‑ журналист провинциальной газеты - не учел, что девочка привязчива, как брошенный щенок, и изо всех сил потянется к тому первому, кто лишь был к ней вежливо добр.
Спектакль идет на малой сцене. Где от первого зрительного ряда до актрисы ‑ два-три шага. Главный элемент декора ‑ огромное умытое дождем окно с унылым пейзажем. Символичные детали: красный фонарик - как символ включенного диктофона и туфли ‑ как воплощение отсутствующих на сцене персонажей. Которые тем не менее явно присутствуют в истории...
По сути, режиссер Владимир Кузнецов и очень интересная актриса Наталья Демидова лаконично, «в лобовую» показали целый пласт современного общества ‑ никому не нужную молодежь из (в том или ином смысле) трущоб. Молодежь, которую никто не воспитывал, никто не образовывал и никто никогда, по сути, не любил. Молодежь, которая не знает, какой бывает жизнь вне трущоб. Не случайно чистые и прекрасные мечты героини ограничиваются лишь фатой и шоколадными конфетами ‑ дальнейшего развития событий, даже если бы мечта сбылась, Наташа не представляет. Надо ли нам, настоящим театралам, смотреть такие соцреалистичные спектакли и думать о таких, как эта Наташа? Мой ответ ‑ безусловно надо. Потому что за разбитые мечты (даже глупые и пустые) такие Наташи мстят со всей своей люмпенской простотой и жестокостью ‑ как раз таким, как мы. И потому что активно жалеть таких Наташ (а не жалеть невозможно) надо начинать тогда, когда им еще можно помочь.