Оставшиеся молодыми

Цель встречи не только почтить память мальчишек-героев и низко поклониться матерям, воспитавшим мужественных защитников, но и узнать о конкретных проблемах семей погибших, оказать им посильную помощь и поддержку.
- Кто-то нуждается в картошке, овощах, кому-то дров нужно наколоть, какой-то семье - помочь ремонт сделать или «осиротевших» родителей на лечение отправить, - рассказывает Нина Николаевна, мама погибшего военнослужащего Евгения Варганова. - И на протяжении всех этих лет владимирские солдаты нам помогают.
Причем не только владимирским семьям, но и ивановским. Военнослужащие войсковой части 6523 чувствуют себя ответственными и за них. Приехавшие на слет ивановцы с грустью констатируют: у себя дома они никому не нужны.
- Да и где мы еще так сможем встретиться и отстоять панихиду. Все вместе, плечом к плечу так же как стояли наши дети, защищая нас. За эти годы Владимирская область стала для нас родной, - говорит Любовь Курбатова, мама погибшего военнослужащего.
- Для нас очень важно, чтобы не только мы помнили наших детей, но и те, кто их послал воевать, - добавляет Нина Варганова.
Сын Нины Николаевны должен был служить в Красногорске, в Московском военном округе. Но его отличная биография, благополучная семья, в которой мама - учительница и папа - прапорщик внутренней службы, устойчивая психика перевернула всю его жизнь. Восемнадцатилетнего Женю взяли в спецназ в Нижний Тагил.
- Он тогда обрадовался, да и я отнеслась спокойно: первая Чеченская война закончилась. А спецназ - это все-таки хорошая физическая подготовка, усиленное питание и высокая зарплата, - вспоминает Нина Варганова. - А когда в 1999 году чеченские боевики вторглись в Дагестан, я запереживала, понимая, что нашим ребятам этой войны не избежать.
И позвонила сыну в часть, чтобы с его согласия забрать домой, перевести в другое подразделение, хоть как-то защитить от надвигавшейся опасности. Но Женя за эти месяцы очень повзрослел: «Нет, мама, здесь все мои друзья. Они поедут, а я буду прятаться?»
И 23 декабря Варганова вместе с отрядом направляют в служебную командировку на территорию Северо-Кавказского региона. Родители считали дни: 7 марта заканчивался срок службы их единственного сына. Они верили, что на выпускной дочери они пойдут уже все вместе. Но 21 марта пришла телеграмма о гибели Жени за четыре дня до этого...
17 числа он попал под обстрел на посту.
Потом поездка на опознание, ожидание тела сына для похорон, онемение ног и языка, истощение организма на нервной почве - родители смогли прийти в себя только шесть лет спустя. И только благодаря дочери, родившей им внучку, жизнь тогда обрела хоть какой-то смысл.
- Он был очень смелый, мой Женька, - со слезами и гордостью говорит Нина Варганова. - В Чечне он сдал на краповый берет - высшую награду спецназа. И был награжден орденом Мужества посмертно.
Такие истории, трогательные, полные скорби и гордости одновременно, есть у каждой из 46 семей, над которыми и установили шефство военнослужащие владимирского полка внутренних войск.
- Пока жив слет - жива память. Полку и не надо больше никакого морально-политического настроя, это и есть суть и содержание идеологической работы в подразделении, - говорит Сергей Полузин. - И если нас слышат и мы проводим этот слет, значит, знамя полка высоко, а сам полк - полностью боеготовен. Все остальное зависит уже от высокой боевой выручки, умения командиров командовать, а солдатов и сержантов беспрекословно исполнять.
После возложения цветов к мемориалу «Скорбящий ангел» - концерт, посвященный Дню образования внутренних войск. В завершение слета - круглый стол, где матери и вдовы обсудили свои насущные проблемы. Главная - это отсутствие социального статуса членов семей погибших военнослужащих. Если раньше, во времена СССР, их приравнивали к участникам Великой Отечественной войны, то сейчас с этим полная неразбериха.
- Вроде бы наконец-то нас услышали, - говорит председатель владимирского регионального отделения общероссийской общественной организации семей погибших защитников Отечества Наталья Адамович. - Сейчас в Государственной Думе создана рабочая группа, которая должна изучить все законы о семьях погибших, чтобы в конечном итоге родился наш собственный закон.