Тревожные сны

А чуть больше года назад из Санкт-Петербурга, из библиотеки имени М.Лермонтова, нашему юбиляру пришло неожиданное приглашение выступить перед читателями.
- Меня, признаться, оторопь взяла, когда зашел в здание, - говорит Вячеслав Михайлович. ‑ Три громадных зала, заставленных стеллажами с книгами: русской и зарубежной классикой, а также множеством аккуратных подшивок со старыми журналами и газетами. Взял наугад томик любимого Блока, открыл и - о боже! - его автограф! Здесь нашел и много книг с дарственными надписями Анны Ахматовой, Марины Цветаевой, Дмитрия Мережковского, Ольги Берггольц… Кто я среди таких корифеев? Былинка в поле. Когда же случайно встретил здесь своего ученика Алексея Сиренова, ставшего к тому времени уже доктором наук, известным специалистом по древнерусской литературе, успокоился: ведь в случае чего Леша поможет.
Отметим, что выступление Улитина в прославленной библиотеке северной столицы восприняли с интересом и тепло. В конце же засыпали бесчисленными вопросами.
Конечно, владимирские библиотеки во многом уступают столичным, другая у нас и читательская аудитория. Но Вячеслав Михайлович с удовольствием встречается и с читателями-земляками.
- Три года подряд он является ведущим фестиваля духовной поэзии, - говорит заведующая филиалом № 2 Центральной городской библиотеки города Владимира Валентина Ерымовская. ‑ Часто на эти мероприятия приезжают гости из Москвы и других городов России. Поэтому всегда надо быть на высоте. И наш постоянный ведущий никогда еще не подводил.
Во многих библиотеках Владимира и области очень востребована первая книга В.Улитина «Сны о Рублеве». Предисловие к ней написал наш земляк, писатель Альберт Карышев. «Когда я вхожу в Успенский собор и вижу фрески «Страшного суда», у меня ощущение великого Праздника… Боже! И это в мире своеобразной злосферы, где так катастрофически не хватает любви, есть Рублев», - восклицает автор.
А известный российский писатель Владимир Крупин, ставший впоследствии другом Улитина, признается:
- «Сны о Рублеве» так затронули мою душу, что читали их вслух вместе с женой всю ночь.
Тревожные, надо сказать, сны. Они заставляют нас серьезно задуматься над тем, говоря словами Блока, «что под жизнью беспутной и путной разумели людские умы».