Развалины нараспашку
До 90-х годов ХХ века фабрика была градообразующей. В лучшие времена на ней работало до 1,3 тысячи человек. Но последние работники, кто до конца был верен фабрике, даже зарплат полностью не получили ‑ так и осталось предприятие-банкрот им должно по 12-15 тысяч.
Сейчас почти вся поселковая молодежь ездит на заработки во Владимир, Вязники, Москву... Так что в обычные дни население поселка на 70 процентов состоит из пенсионеров. Едем в поселок, но все же до конца не верится, что полная разруха возможна всего в паре часов езды от Владимира, в крупном и даже газифицированном поселке (за газификацию местные до сих пор благодарят экс-главу поселка, ныне пенсионерку Веру Новикову).
...Люди встретили нас у одного из местных магазинов. Наперебой стали рассказывать о проблемах. Одну из них видно сразу: замусоренная и захламленная фабричная территория толком не огорожена. Вместо бывших цехов - развалины со свисающими бетонно-кирпичными ошметками, которые вот-вот рухнут.
- Это же опасно! Вдруг дети заберутся! - беспокоимся мы, тем более прецеденты таких трагедий уже бывали.
- Опасно! - подтверждают местные. - У нас там уже было несколько погибших.
Жители называют фабричные развалины Сталинградом. Похоже. Но там, в городе на Волге, шла жестокая война. А тут-то что? Просто равнодушие и бесхозяйственность.
Спрашиваю главу поселковой администрации Веру Лапину, беспокоит ли опасное состояние фабрики местные власти. Она ответила так:
- Мы выписывали требования собственникам этих зданий, чтобы они огородили территорию. Они огораживали сигнальной лентой...
- А кто собственники? Сколько их?
Вопрос повис без ответа. В администрации Вязниковского района знают о двух собственниках: в Вязниках и в Москве. Какова судьба бумажных обращений нам, в общем-то, и не важно на самом деле. Главное ‑ опасность не ликвидирована.
Канализация - в пространство
Просим местных показать нам водопровод и очистные сооружения.
- А мы воду из колонок раньше брали. Но там извести запредельно. Кто может, покупает бутилированную. А чаще у частного сектора берем из их колодцев. Мы обращались к главе района, просили оборудовать хотя бы одну колонку с нормальной водой. Без толку, - сетуют местные жители.
Мимо нас едут на велосипедах люди с пластиковыми емкостями. За водой. Вода - за три километра, за некоей «линией».
У активистов поселка много претензий к главе района Владимиру Лопухову. А когда я сказала, что буду брать у него комментарий ситуации, мне с готовностью сообщили: с просителями, мол, он разговаривает свысока, газеты называет «портянками» и говорить с журналистом наверняка не станет. Забегая вперед скажу: отчасти наговаривают жители на Владимира Васильевича. Разговаривал. Комментировал. Другое дело, что не все он может сделать (см. врезку «Блиц с Владимиром Лопуховым»).
Половина поселка снабжается водой, не соответствующей нормам по содержанию железа и жесткости. Люди показали мне заключение из лаборатории. К очистным идем через территорию фабрики. Почти все мои сопровождающие когда-то работали здесь. Вспоминают: здесь была столовая. Здесь - контора. Здесь - душевые. Все это растащили. Здесь были цеха: четыре прядильных, два чесальных, поточная, паросиловое хозяйство, механический цех, котельная...
Вдруг среди развалин ‑ аномалия. По-европейски чистая пристройка с хорошим подъездом, пряничный домик. Это местный бизнесмен Виль Назмутдинов арендует крохотную часть территории. Обустроил там производство нити для колбас, дал работу двоим местным жителям. А вот и он сам присоединился к нашей делегации, услышав, куда мы идем:
- Давайте провожу, подстрахую, а то провалитесь там еще...
Провалиться и правда есть куда. Холмистый и одновременно болотистый рельеф. По нему широкими ручьями змеятся канализационные стоки. Говорят, в прошлом году в этих болотцах утонул нетрезвый бомж. Даже без экспертизы видно, как содержимое канализации сливается с природным потоком. Мы бредем по этим фекальным болотам, пока я не теряю терпения.
- Где очистные сооружения?
Наш добровольный провожатый смеется:
- Да нету их в принципе! Это вам и показывают!
Одна из женщин говорит:
- Пойдемте ко мне в подъезд ‑ понюхаете, как там воняет.
Другая - она представилась Ниной - страдает не только от запаха: при каждом половодье у нее сквозь пол пробиваются канализационные стоки.
Пытаюсь утешить людей, мол, скоро лето, все подсохнет, трава все прикроет...
- Ага! А запах в жару? А мухи? А опарыши?
Добрели до пруда, который раньше был уровнем гораздо выше. И в нем, по рассказам жителей, росли кувшинки. Теперь лишь камыш по берегам - и густая зеленая жижа на поверхности. Никаких признаков даже примитивной очистки стоков. Одни зеленые потоки, текущие в пруд и на жилье в низине.
Поднимаемся обратно к жилым домам. В чистом поле стоит бетонное канализационное кольцо. Под крышкой битком густой фекальной жижи. Мои сопровождающие говорят:
- Что это ‑ мы не знаем, но водоканал наверняка отчитался о проведении грандиозных работ...
Всего в поселке три потока канализации и 38 канализационных колодцев. Все забиты. Местные утверждают, что все это стекает в речку Тюряху, а уже из нее ‑ в Оку.
Бизнесмен Назмутдинов вывел нас на сухую территорию и откланялся, сказав напоследок, что когда видит детей на территории фабрики, то прогоняет их. Но всех подстраховать он не может.
Штрафы предпочтительнее работ?
У здания администрации поселка мы встретили еще с десяток жителей, желавших поговорить с корреспондентами «ВВ». Про водопровод эти люди добавили деталей: воду с избыточной известью и пить вредно, и сантехника забивается известковыми наростами. Вера Новикова рассказывает, что когда она, будучи главой, занималась газификацией поселка, при оформлении котельной водопроводную воду отправляли на экспертизу. И извести в ней было в 4 раза меньше, чем сейчас.
- Бьемся-бьемся, чтобы хотя бы две нормальных колонки поставили, а не те, что с известкового пласта, - говорит она.
Владимир Лопухов в телефонном разговоре сказал, что эти две колонки поселок Октябрьский получит уже в мае. Но люди сомневаются. Пенсионерка и многодетная мать Ирина Петрова рассказывает:
- Ездили на прием к главе 21 июля и
3 декабря 2014 года. Он дал указание поставить две колонки, чтобы была хорошая вода. Мы думали, их пробурят. А их присоединили к общему водоводу. Какой вода была, такой и осталась. Опять поехали к главе. А он говорит: «Вам сделали? Сделали! А у вас разгорелись аппетиты!»
К нынешнему своему начальнику, главе поселковой администрации Вере Лапиной жители относятся с симпатией. В бедах ее не винят: «Что она с таким бюджетом может сделать?»
Бюджет поселка на 2015 год ‑ немногим больше 16 миллионов. Из них лишь 4 с небольшим ‑ собственные доходы поселка. Еще пару лет назад денег было побольше, но связано это с аварией проходящего здесь нефтепровода в 2012 году. Компания-владелец заплатила за ущерб 10 миллионов, так что не было бы счастья, да несчастье помогло. На что ушли деньги? На ремонт дорог, говорят жители, и на хоккейный корт недоделанный...
Сколько стоит «сбыча мечт» жителей Октябрьского? Лапина и сама не знает, она предложила мне уточнить эту цифру в администрации района. Но на отчетном собрании речь вроде шла о 17 миллионах за очистные.
Жители тут же добавили:
- Ремонт очистных сооружений у нас по плану ставили на 2014 год. Не состоялось. Глава района сказал: нет инвестора. И денег нет. Вот на штрафы за нарушение экологических требований у водоканала деньги есть, а на то, чтобы сделать нормальное жизнеобеспечение ‑ нет!
Я уточнила в прокуратуре размеры штрафов за нарушение правил эксплуатации водохозяйственных сооружений: от 500 до тысячи рублей для граждан, от тысячи до двух ‑ для должностных лиц, от 10 до 20 тысяч ‑ для юрлиц. За 10 лет наверняка набежала серьезная сумма...
Интересно еще вот что ‑ деньги за поставку воды и водоотведение местный водоканал собирает аккуратно. Тариф по воде ‑ 34,2 за куб, за водоотведение (которого, по сути, нет) ‑ 44,72 за куб. Дороже, чем во Владимире! Это, кажется, просто за гранью добра и зла.
Прямо из Октябрьского звоню директору департамента природопользования и охраны окружающей среды АВО Алексею Мигачеву. Знает ли он о проблеме поселка? Знает. АВО несколько лет назад даже пыталась включить поселок в федеральную программу. От Вязниковского района требовались проект работ и участие в софинансировании. Район на это ни сил, ни средств не нашел. Справедливости ради - было это при прежнем районном главе Евгении Михайловиче Виноградове.
Некоторые женщины, рассказывая о своих бедах, плакали. Это были слезы бессилия людей, единственная и неповторимая жизнь которых проходит в борьбе за элементарные права. Сейчас жители поселка Октябрьский надеются только на губернатора Светлану Орлову:
- Расскажите о наших бедах! Сделайте так, чтобы она это прочитала! Мы верим, что ей на нас не наплевать. И верим, что она, если узнает о том, как мы 10 лет мучаемся, не позволит больше нас обижать!
От автора
Кроме Веры Лапиной в Совете народных депутатов МО Октябрьское числятся Сергей Устинов и Нина Семенова, чей избирательный округ ‑ именно поселок Октябрьский. Уважаемые, мы не сомневаемся, что вы -
хорошие люди. Но почему за жизнеобеспечение поселка бьются в основном активисты-пенсионеры, а не вы, народные избранники?
Блиц с Владимиром Лопуховым
- Владимир Васильевич, вы в курсе проблем Октябрьского с очистными сооружениями?
- Да, это проблемный поселок. В свое время в районе работало 12 текстильных предприятий. Почти все - градообразующие. Они обслуживали инфраструктуру поселков. А как начали банкротиться, так и все! Фабрика в Октябрьском разорилась еще в 90-е. У нас в районе 14 населенных пунктов, где нужно строить или ремонтировать очистные. Сделали в Нововязниках, в деревне Чудиново. В этом году сделаем очистные в деревне Паустово. Цена вопроса - 19 миллионов. Вот-вот подпишем концессионное соглашение. У нас же программа «Чистая вода» есть. Октябрьский вместе с Лукново в очереди - вторые. Там участок уже подобран под строительство. Проведены геодезические исследования. Цена вопроса - порядка 25 миллионов.
- Но это же не запредельная сумма для районного бюджета больше чем в миллиард. А люди мучаются 10 лет...
- У нас дефицит бюджета в этом году больше 50 миллионов. Так что без бизнеса мы этого не сделаем. Без бизнеса в ЖКХ, я имею в виду, по концессионному соглашению.
- Да где сейчас найдешь такой бизнес на концессию?
- В Паустово же нашли. Уже и оборудование закупили.
- В Октябрьском и с водой проблемы.
- Знаю. Вода там по жесткости не проходит. Я дважды был там. Езжу по муниципалитетам с отчетами. 26 февраля собрание там проводил. У меня есть перечень поручений по итогам этих встреч. Всего их 11. Поверьте, я людей услышал. В мае в Октябрьском сделают отдельный водозабор. Есть конкретный человек в водоканале, кто отвечает за это, - Андрецов Владислав Иванович. Но не уверен, что жителей это удовлетворит. Это опять разборные колонки будут, а они хотят дома артезианскую воду. По большому счету, они верно говорят - им нужен новый водопровод. Но вести его от Никологор за 10 километров очень дорого. Бюджет пока не может себе этого позволить. Но где можно с минимальными затратами ‑ мы все восстанавливаем.