На тему «еврейского счастья», которое воспринимается скорее как тотальное невезение, и кино снимали, и байки рассказывали. Первый немой фильм с таким названием был снят в СССР в 1925 году. Он о положении еврейской бедноты под царским режимом. В нашем веке тему противоречия между Израилем и остальным миром поднимали в своем документальном фильме журналист Владимир Познер и ведущий Иван Ургант. Владимирский же актер Владислав Миронов отыскал печатную версию «еврейского счастья».
Пьеса о любви русского мальчика и еврейской девочки удачно вписалась в интерьер выставочного зала Центра ИЗО. Впервые зритель мог не только вслушиваться в диалоги, но и всматриваться в окружающие портреты и полотна. Отцом еврейской девочки, в которую влюблен главный герой, был талантливый скульптор. Правда, его мастерства не хватило на создание бюста генерального секретаря в бронзе. Любовь к искусству не позволила пойти на сделку с тем, кто хотел подняться повыше в партийных списках. История гонений на людей искусства образца 70-х годов прошлого века, кажется, не нова. Но эта пьеса написана в 2012 году. Могилевцев вернулся к теме нетерпимости в наше время.
Почему Миронов, предпочитающий шокировать зрителя, а не идти у него на поводу, выбрал именно эту пьесу? Скорее всего, он решил нас немного отвлечь от тех санкционных и миграционных кризисных новостей, от которых уже просто некуда спрятаться.
А в Центре ИЗО этим вечером было уютно... среди полотен, портретов. Наверно, Миронов почувствовал, что нам пора отдохнуть и послушать светлую пьесу о любви, о творчестве, о «еврейском счастье», пусть так не похожем на русское, но так понятном нам.