- Светлана Александровна, совпало, что мы встречаемся накануне 8 Марта. У вас есть рецепт для женщин, как не терять оптимизма даже в сложные времена?
- Всегда надо помнить, что любые сложные времена заканчиваются. Что нет войны ‑ уже счастье. И надо стремиться к большему, чем тебе кажется, что ты можешь. Верить в лучшее. Беречь здоровье. Заботиться о близких. Быть добрее к окружающим. Вот такой рецепт.
- Успешно завершенное расследование ‑ это ...?
- ...Это дело, окончившееся обвинительным приговором в суде и возмещением ущерба государству. Например, в одном таком деле фигурантом был генеральный директор строительной компании. Он использовал реквизиты фирм-однодневок, оформлял фиктивные документы и неправомерно пользовался налоговыми льготами. Ему инкриминировали мошенничество и уклонение от уплаты налогов. Ущерб по мошенничеству он возместил еще на стадии предварительного следствия, затем по налогам тоже начал выплаты. Все осознал, свой гражданский долг исполняет. Это - успех.
- Этот исполняет, а другой подготовился, все имущество на друзей перевел, и взыскать нечего...
- На самом деле, как только возбуждается уголовное дело, первое, что делает следователь - принимает меры по обеспечению возврата нанесенного ущерба. Выясняется материальное положение лица и членов его семьи, накладывается арест на имущество.
Не всегда есть что арестовывать. И не всегда суд поддерживает ходатайство об аресте имущества. К примеру, в одном из дел, которые я расследовала, фигурировал еще один руководитель строительной компании. Его обвиняли в уклонении от уплаты НДС более чем на 45 миллионов рублей. Суд дал согласие на арест его машины и долей в предприятиях, но отказал в аресте жилого дома. Дом стоит 30 миллионов, но записан на сожительницу. А ее подтвержденный доход не превышал 6 тысяч рублей. Суд счел, что этого дохода достаточно для возведения такого дома.
- В таких ситуациях руки не опускаются?
- Конечно, обидно. Тратишь время, силы, энергию на защиту интересов государства, а оно, получается, далеко не всегда встает на твою сторону. По мне, так уклонение от налогов ‑ то же мошенничество и караться должно серьезно. Но таковы законы. Мы обязаны жить и работать в их рамках. Я не в Госдуме сижу и менять законы не могу. Поэтому просто считаю своим долгом делать, что должна, невзирая на обстоятельства. Искать доказательства, добиваться обвинительных приговоров и возмещения ущерба.
- Сейчас у вас «на руках» есть крупное дело?
- Дело александровского ЛВЗ. Его экс-директор Роман Кастов подозревается в мошенническом уходе от уплаты налогов и акцизов на 1,8 млрд рублей. Дело у меня с января. Вникаю в технологию производства, в процессы оформления документов, использования оборудования и т. п. Пока рано говорить об итогах, но схема вырисовывается четкая. Сначала это было ООО, потом - ОАО. В январе-феврале 2013 года завод произвел свыше 20 млн бутылок алкоголя. Лицензия была получена за 2-3 месяца до производства этой большой партии. Затем ее досрочно прекратили ‑ дескать, попробовали производить - не получилось. А дальше - банкротство предприятия.
Суть комбинации - якобы 18 млн бутылок из 20 млн были не проданы, а утилизированы путем боя из-за выявленного брака. Если продукция по документам не реализована, то налогоплательщик вправе не платить НДС и акциз на эту партию. А это с такого объема ‑ как раз более 1,8 млрд рублей. Наша задача ‑ доказать, что партия была продана, что заявленный брак носил фиктивный характер и что документы были подделаны.
- Фигуранты ваших дел обычно довольно умные мужчины. А вы хрупкая миниатюрная блондинка. Это помогает или мешает в «раскрутке» подозреваемых?
- Скорее, помогает. Они очень часто меня недооценивают...