- Алексей, вы планировали вернуться на малую родину?
- Наверное, нет. Для людей, уезжающие из слабеньких городков, сел, деревень, отъезд - как крик души. Люди вырываются или хотят вырваться в большую, настоящую жизнь, где смогут реализовать себя. Обратно возвращаться тяжело. Я уехал в 2006 году, вместе с будущей женой. Мы из одного села. Поступил в авиамеханический колледж. Затем армия, учеба в ВлГУ. После университета занялся бизнесом: шиномонтаж, авторазборка, шины, диски…Бизнес был вполне доходный.
- Тем более непонятно. Все было хорошо. Откуда взялся проект, никак не связанный с вашей специальностью?
- Захотелось большего. Жизнь свела с человеком, который является главным агротехником на самом крупном в мире предприятии по выращиванию зеленых салатов на вертикальной гидропонике. Это бывшая фабрика «Дукат» в Москве, реконструированная под вертикальное фермерство. Я заинтересовался технологией. Привлекла инновационность. Это, по-моему, настоящий прорыв.
- Но вертикальное фермерство – вполне городской формат…
- Абсолютно. Он позволяет в несколько раз увеличить площадь для выращивания растений. А земля – главный дефицит в городе. Но и для села – это новые возможности. Тем более, здесь совсем не обязательны теплицы. Подходят и приспособленные помещения – склады, ангары. У меня есть планы на развитие этого бизнеса в городах, но изначально проект требует больших вложений. Пришлось продать и прежний бизнес, и жилье в областном центре.
В теплице многое своими руками делал. Плитка, сварка, установка, обвязка баков в растворном узле – все моя работа. А вот точечные настройки делали узкие специалисты. Помог областной грант по программе «Агростартап». Но пока технология «обкатывалась», приходилось выбирать самые экономичные варианты. В Юрьев-Польском земля самая дешевая. Поэтому начать решил здесь. Да и к родителям поближе.
- Некоторые фермеры жалуются на сложность в получении грантов и в отчетности по их использованию.
- Я до того, как зайти в проект, всю экономику просчитал. Контракты на поставку продукции у нас были проработаны еще до того, как мы начали строительство. Так что подготовил четкий бизнес-план — и грант в 2 млн 650 тысяч рублей получил без проблем. Но с отчетностью есть определенная проблема. Требуется много бумажных носителей - неоцифрованных отчетов в разные ведомства, так что приходилось много ездить, все это собирать, развозить. А так схема понятная. Хотя, если бы со стороны государства был небольшой штат сотрудников, которые могут помочь фермерам не только на этапе реализации проекта, но и в отчетности, то гораздо больше молодых предпринимателей воспользовались бы возможностями этой программы. Но сам механизм грантовой поддержки — вполне рабочий. Нам этот грант очень помог. Так что в 2022 году я буду заявляться на следующий грант по программе «Семейная ферма».
- Чем отличается ваш проект от обычного тепличного бизнеса?
- Мы выращиваем салаты «бэби-лиф». Это молодые растения с листочками до 10 см. Такого качества продукцию в регионе больше нигде не выращивают и еще долго выращивать не будут. Вообще, похожих предприятий в России всего пять. А точно с такой же технологией – два. Технология сложная и дорогостоящая. Впрочем, доходность тоже хорошая. Вложения окупаются в течение трех лет. Но только при условии правильной технологии. И вот это самое сложное. У нас получается. На первом этапе производства мы установили 6 стеллажных систем, по 7-8 ярусов на каждом стеллаже. Всего 1260 лотков.
По бизнес-модели планировали получать по 500-550 грамм с лотка за 28 календарных дней. На втором месяце запуска производства мы вышли на урожайность в районе 850 грамм с лотка, превысили план на 25%. Продукцию отгружаем в рестораны Москвы и Владимира. Через год мы выйдем на 1 кг готовой продукции с лотка. В следующем году будет запущена вторая очередь теплицы, увеличим производительную площадь до 660 квадратных метров и планируем получать уже около трех тонн зелени в месяц. И все это в том же небольшом помещении – 210 кв метров по полу. У нас получилось создать благоприятные условия для растений. Мы же на отдыхе получаем больше положительных эмоций и пользы. Вот и для растений мы создаем идеальный микроклимат, идеальную влажность, идеальный правильный свет - с идеально правильной длиной волны и всеми необходимыми питательными элементами.
- А что в проекте самое затратное?
- Очень дорогие расходники. Нужна специальная стабилизированная минвата. При этом она работает только один цикл. Импортные семена дорогие. А российские адаптированы для выращивания в открытом грунте и на гидропонике показывают плохие результаты. Приходится покупать швейцарские, английские, голландские. Одно семечко стоит 2 рубля 20 копеек. В месяц на семена у нас уходит около 120-150 тысяч рублей. И, в отличие от других видов растениеводства, эти семена государством не субсидируются, к сожалению. Ну и селекция отечественная почему-то без внимания сегмент гидропоники оставила.
А ведь это очень перспективное направление! В тот же «Дукат» вложились крупнейшие торговые сети и швейцарские банки. Они умеют считать и прогнозировать. Но там, конечно, масштабы производства несравнимые.
- Зато технология в Кузьмадино такая же. Как односельчане отнеслись к тому, что село стало центром инноваций? И что говорит семья?
- Неоднозначно, скажем так. У нас в стране вообще мало кто радуется за успех другого человека. Крайне сложно найти сотрудников для работы. Жене это решение тоже далось нелегко. Она у меня преподаватель бальных танцев. Не каждый человек может забросить профессию и адаптироваться к новой. Ей свой творческий потенциал и талант тяжело здесь реализовать. Но она меня поддержала. Мы с ней уже 15 лет вместе. Помогает мне на ферме. А детям здесь раздолье. Так что потихоньку обживаемся. Начали строить дом. К Новому году возведем баню. Рядом с участком нашли родничок, раскопали там пруд. Со следующего года планируем разводить бестера – это гибрид белуги с осетром. Спрос есть. Выкупили помещения бывших мастерских для спецтехники, там хотим выращивать вешенки. Когда рядом такой огромный рынок сбыта - Москва, только успевай производить. Возможностей для фермерских стартапов масса. Будет трудно, но мы все сделаем.