Музею усадьба досталась в крайне запущенном состоянии, большинство зданий, входящих в этот архитектурный комплекс, к тому моменту превратились в руины. ВСМЗ приложил огромные усилия, чтобы остановить процесс разрушения усадьбы. Однако требуется такой объем инвестиций, которого на сегодняшний момент нет ни у Минкульта, ни тем более у ВСМЗ. Привлечь к освоению комплекса частного инвестора на сегодняшний день нереально. Такое взаимодействие проблематично с точки зрения действующего законодательства. Даже когда усадьба не была еще передана в управление ВСМЗ, с инвесторами не складывалось. Любые работы на памятнике архитектуры и истории строго регламентированы, что делает их значительно дороже, а сроки проведения непредсказуемыми из-за многочисленных согласований и проверок. К тому же ограничения охранного законодательства сужают варианты приспособления памятников. Со стороны области и муниципалитета финансовая помощь тоже невозможна: музейные объекты – федеральная собственность.
Даже там, где музей собственными силами и на средства Минкульта мог бы значительно продвинуться вперед в реставрации, восстановлении и музеефикации памятников – есть проблемы. Территория усадебного парка застроена местными жителями, а часть используется муниципалитетом. В одной из построек, переданных музею, до сих пор живут люди.
- Мы не можем заниматься их расселением. Ни у музея, ни у Министерства культуры нет таких полномочий. Это не федеральные, а муниципальные полномочия, - рассказывал Авдееву гендиректор ВСМЗ Сергей Рыбаков.
У муниципалитета денег просто нет. Согласовать взаимодействие всех интересантов на взаимовыгодных условиях кажется в нынешней ситуации невозможным. Однако выход искать нужно.
- Мы сейчас проходим практически такой же путь, готовясь к 1000-летию Суздаля, - прокомментировал Александр Авдеев. -На территории Суздаля тоже много объектов, находящихся в разной собственности: в частной (в том числе и жилые постройки), в составе федерального или муниципального имущества, в собственности епархии, в собственности ВСМЗ. И нам предстоит совместно с Министерством культуры, федеральными агентствами найти выход из этой ситуации. Мы отработаем такие варианты взаимодействия в Суздале. Это станет основой и для диалога по усадьбе Храповицкого. Ситуация не простая. Объект в тяжелом состоянии находится несколько десятилетий. Готового решения сейчас нет, за последние десятилетия такого решения никто так и не предложил. И примеров адаптации таких объектов к современному использованию не так много по всей стране. Надо будет совместно с ВСМЗ думать о том, как привлекать частные инвестиции, либо как выходить на федеральное финансирование, как сделать возможным совместное финансирование для того, чтобы по крайней мере остановить аварийность зданий и, может быть, потом приспособить под туристические объекты или современное использование. Надеюсь мы в Суздале пройдем этот путь, и такой же путь потом пройдем по усадьбе Храповицкого.