Первым владельцем села Черниж считается некий Тугарин Фёдоров, уверяет нас гид-экскурсовод Елена Игнатова. Позднее, в XVIII веке, село перешло в собственность Кречетниковых — семьи, принадлежавшей к известному дворянскому и графскому роду. Но при Кречетниковых ещё не было усадьбы как таковой. Была лишь церковь Николая Чудотворца.
Екатерина Кречетникова в 1834 году на собственные средства построила колокольню и каменную трапезную с двумя престолами во имя Святого Сергия Радонежского и в честь Казанской иконы Божией Матери. Трапезная была пристройкой к основному зданию церкви.
В середине XIX века у села появились новые владельцы - Рагозины, тоже представители старинного дворянского рода. И вот они занялись непосредственно возведением усадьбы.
Ее заказчиком был Иван Рагозин - отставной артиллерийский офицер, суздальский предводитель дворянства, участник владимирского ополчения 1812 года. Что там теперь?
Три пруда и «тосканский портик».
Несмотря на то, что эту усадьбу называют жемчужиной русской усадебной архитектуры, сейчас просто невозможно догадаться, что это усадьба. Все в заброшенном состоянии. У дома даже фундамент треснул.
Иван Рагозин построил большой барский дом в стиле ампир П-образной формы в 1820 году. Интересно, что сам дом деревянный, а фундамент каменный. Но главное — это, конечно же, четырёхколонный «тосканский портик». Такая архитектурная постройка вовсе не характерна для Владимирской области. При этом кажется, что здание двухэтажное. Но на самом деле, как объячнила Елена, второй этаж - это обширные антресоли.
- Любая усадьба, как правило, имела большие парадные залы для приёмов, парадную столовую, где, как правило, собирались вечерами гости. У кого были средства и достаток, могли иметь танцевальные залы. Почему многие дворянские семейства, уезжая из Москвы везли с собой от 200 до 800 человек прислуги? Они не хотели ни в чем нуждаться и на выезде. Было престижно иметь свой личный театр в усадьбе, свой оркестр. Но мы видим, что в усадьбе Рагозиных всё выглядит не так шикарно. Здесь не было никаких специальных сооружений. Потому что хозяин был рачительным, строгим к лентяем, но лояльно относился к добросовестным работникам, - рассказывает экскурсовод.
У парадного входа в усадьбу красовался палисадник, где цвели сирень и жасмин, в барском саду росли яблоневые и вишнёвые деревья. Сейчас былая красота заросла густыми сорняками.
Недалеко от дома располагаются два каменных флигеля, так называемые хозяйственные постройки. В них жила челядь - или же хранился различный инвентарь. Хозяева уделяли особое внимание развитию сельского хозяйства, занимаясь разведением породистых коров и лошадей. Так что в усадебный комплекс также входили каретный двор и конюшни. Причем, конюшен было две: «парадная», с выездными лошадьми, и рабочая. Рядом со второй конюшней находился каменный сарай с молотильным током (в простонародье он назывался “топчаном”, суть работы - четыре лошади топали по деревянному кругу, круг вращался и зерно мололось). Сейчас, увы, от конюшен ничего не осталось.
А еще здесь было три живописных пруда: Большой, Барский и Глиняный. Но со временем остались только два, их стали называть Большой и Маленький.
ДК и продукты.
В конце XIX века село принадлежало уже помещику Сергею Сергеевичу Рагозину, который также внёс свой вклад в его развитие. Он построил здесь школу грамотности, в образовательном учреждении могли учиться дети крестьян. В 1913 или в 1914 году (точная дата неизвестна) Сергей Рагозин умер, и усадьба перешла к его дочери Наталье, которая прожила там совсем недолго — до национализации в 1917 году...
Это было началом конца усадьбы. Коров и лошадей перевезли в соседнее село Фетинино. Коровник продали. Конюшню и каретник превратили в жилые дома, а после сделали из помещений детский сад и ясли. В служебных постройках поселились местные жители. В самой усадьбе в Советское время располагался Дом культуры, ФАП (фельдшерско-акушерский пункт), продуктовый магазин. Но на данный момент усадьба пустует.
Напротив главного фасада усадьбы располагается каменная церковь Николая Чудотворца. Ее в 1755 году построили силами прихожан. Елена Игнатова обращает наше внимание на интересный архитектурный ансамбль церкви: если обычно храмы были «восьмерик на четверике» (т.е на четырёхугольном основании располагался восьмигранник), то здесь мы видим восьмерик, причём, сразу от основания - и церковь выглядит, скорее, как башня. Храм представляет собой трапезный тип (то есть вытянутый). Одна апсида (примыкающий к основному объёму пониженный выступ здания) гранёной формы, а не круглой, как это было раньше. В 1929 году церковь закрыли и разорили (так она и выглядит до сих пор — внутри все разрушено). А могилы Кречетниковых и Рагозиных в часовне-усыпальнице были разрушены вандалами.
В 1995 году Дом Рагозиных был признан памятником градостроительства и архитектуры регионального значения. Но пока на состоянии жемчужины русской усадебной архитектуры это, увы, не сказалось.