Любовь к сцене у Марии зародилась еще в детстве: семь лет обучения в школе искусств и занятия народными танцами определили ее жизненный путь. Этот выбор оказался осознанным и неизменным ‑ даже имея возможность освоить бальные танцы во Владимирском колледже культуры и искусства, собеседница твердо выбрала народное направление, став участницей студенческого ансамбля «Росинка». Пройдя путь от студентки до преподавателя, Мария пришла в школу искусств с четким пониманием своей миссии: сохранить и передать детям богатство традиционной хореографии, сделав народный танец основой репертуара своего ансамбля «Любава».
‑ Мария, какую роль народные танцы играют в сохранении русской культуры сегодня? Ваше мнение.
‑ Народный танец ‑ это один из основных видов хореографии. В нем отображается и быт, и характер, и эмоции всего русского народа. Также народный танец делает наше наследие живым и актуальным для современного поколения. Например, есть разные экспедиции по изучению фольклорных танцев. Люди ездят, слушают коренных жителей определенной местности. Им рассказывают, как раньше танцевали, и потом все это перерабатывается и уже приходит к нам в виде сценической формы танца. Сейчас очень много разных фестивалей, конкурсов именно по народному танцу. Мы с участниками ансамбля «Любава» принимаем активное участие, стараемся с детьми выезжать на разные конкурсы, чтобы они посмотрели на другие коллективы. Так идет популяризация народного танца. Мы с детьми ходим на выступления профессиональных коллективов, которые приезжают к нам в город на концерты. На ансамбль «Березка», например, ходили. Недавно смотрели, как коллектив из Абхазии танцует свои национальные танцы.
‑ Сколько у вас сейчас учеников?
‑ Сейчас в ансамбле тридцать детей. Я в прошлом году выпустила целый класс. И у меня несколько выпускников остались, не хотят уходить. Хотят еще потанцевать и на конкурсы съездить, повыступать. И у меня пятый класс ‑ 23 человека. В этом году я набираю детей в 1-й класс.
‑ А, на ваш взгляд, можно ли через танец узнать историю и характер народа?
‑ У каждого народа есть свои традиционные движения, манера исполнения. Они характерны для местности, для их занятий и быта. Вот у нас, у русского народа, что это? Например, женщины пряли, мужчины косили. А у других народов, к примеру, у кавказцев, танцы более воинственные. Или северные народы. Что для них характерно? Охота, рыбалка ‑ у них все танцы с этим связаны. Потом разная эмоциональная окраска у танцев. Наши русские танцы ‑ это широта души, удаль, задор. А те же кавказские танцы более сдержанные. Девушки танцуют не поднимая взгляда. У них все строго, скромно. Если так сравнивать, то атрибуты тоже разные. В танцах и костюмах. У нас яркие сарафаны, павловопосадские платки. А, например, в японских танцах у них веера, зонтики ‑ тоже, наверное, какой-то символизм.
‑ На ваш взгляд, как народный танец помогает молодому поколению лучше понимать свои корни и традиции?
‑ Я вчера, кстати, у детей спрашивала. Мне было интересно, что они ответят. Народный танец передает особенности нашего национального характера. Потом ‑ взаимоотношения. У меня есть парные номера. Например, я учу, как мальчики должны с девочками контактировать. Потом это коллективное творчество. Дети учатся работать в коллективе. Дети также узнают о старинных обрядах, о том, как раньше люди жили, чем занимались, почему именно такие движения делали. В этом году совместно с преподавателем Натальей Виноградовой мы поставили номер «Евфросиньевская ярмарка». Для детей было непонятно, что такое ярмарка. Мы рассказали, что раньше люди приезжали на ярмарки, покупали и продавали то, что вырастили, то, что собрали и что сделали своими руками.
‑ А как это выглядит в исполнении?
‑ Мы не можем, конечно, на сцену столы вынести. Например, кто-то из детей у нас вышел с корзинами. Кто-то вышел с платками: девочки подбежали, изображали, как они эти платки на себя примеряют, чтобы потом купить. Потом кто-то изображал, как продает баранки или какие-то изделия. Детки поменьше бегали с леденцами: они показывали, как «петушки» продают. Кто-то газеты продавал. Одна часть детей была как будто торговцами, а другая часть детей ходила по ярмарке и что-то приобретала себе. Это была такая зарисовка перед номером, и уже начинался сам танец. Потом у нас еще есть номер, который называется «Русский сувенир». В его основе лежат народные промыслы. Часть детей танцуют с павловопосадскими платками. Другие танцуют в костюмах под хохлому и с хохломскими ложками. Потом следующий кусочек номера у нас был ‑ гжель (у детей были костюмы под гжель). И четвертый ‑ дымковская игрушка. Я сделала костюмы именно как дымковские игрушки: как эти барышни с интересными головными уборами и в паре с мальчиками танцевали.
‑ Как раз вы затронули тему костюмов, расскажите, какие самые необычные у вас были?
‑ Опять же, я у детей спрашивала. Они именно про ярмарку сказали. И помимо того, что мы делали эту мизансцену с ярмаркой, у каждого свой был костюм, чтобы показать индивидуальность. Потом, у нас есть в коллективе не только русские танцы, но и национальные. Например, башкирский, мордовский. В башкирском танце у нас именно танец с браслетами. А головной убор с монетками, и жилетка отделана монетками. Во время движения это все звенит, создается такая атмосфера. Потом детям очень нравится наш танец «Валенки». Не просто, как обычно: если номер посмотреть, там все в туфельках или в сапожках танцуют, у нас номер в валенках. Смысл был в том, что мальчики девочкам дарят валенки. И они их надевают, и вот в этих валенках танцуют.
‑ Сколько времени уходит на создание одного костюма?
‑ У меня приходит идея для номера. Я начинаю искать музыку, подбираю ее и приступаю к работе. Если это не просто русский танец, а какой-то национальный или даже связанный с Владимирской областью, изучаю историю этого народа: какие движения для них характерны, разные положения рук в парах, отдельно для женщин и мужчин. Затем начинаю изучать костюмы: какие характерны для мужчин и женщин, какая цветовая гамма. И начинаю рисовать эскиз к номеру. У нас есть швея, которая шьет нам все эти костюмы. Мы с ней все обговариваем, закупаем материал, она шьет образец. Мы надеваем его на детей и смотрим, как это выглядит. Например, они выполняют какие-то движения, чтобы посмотреть, как костюм смотрится, не мешает ли и так далее. И потом уже мы делаем окончательный вариант.
‑ Скажите, какие качества народный танец воспитывает у детей и молодежи?
‑ Патриотизм, в первую очередь. Дети изучают свою народную культуру. У детей хорошая физическая нагрузка. Занятия приучают к дисциплине и ответственности. Потому что дети танцуют в коллективе и уже знают: если я сегодня не приду, то подведу коллектив, танец не получится. Нет, надо идти ‑ больной, не больной, все равно все бегут на занятия. Потом работа в коллективе. Дети учатся дружить, взаимодействовать друг с другом. Сейчас очень много времени у детей уходит на телефон, и дружба у них теряется. А здесь мы стараемся их сдружить. Опять же, поездки и выступления очень сплачивают коллектив. Потом прививаем эстетический вкус: теми же костюмами и внешним видом. Девочки должны ходить аккуратными, с прической, никто с распущенными волосами на занятия не ходит. И это тоже дисциплинирует. Потом воспитывается трудолюбие. Дети сейчас ‑ очень ленивое поколение, вообще двигаться не хотят. Тут мы их сподвигаем к тому, что надо двигаться, надо работать, чтобы быть лучше, чтобы хорошо на сцене выглядеть. Опять же, наши дети, которые занимаются хореографией, и в школе успешно учатся, потому что они уже знают: им надо быстрее уроки выучить, чтобы идти на репетицию. Также эмоционально дети развиваются ‑ кто-то скромный в жизни, а на сцене может сиять как звезда.
‑ Что для вас означает быть гражданином одной страны, объединенной общей культурой, традициями?
- Я чувствую свою сопричастность к сохранению нашего традиционного танца: то, что передаю свои знания ученикам. А ученики потом идут дальше учиться, развивают нашу культуру и передают свои знания следующему поколению.