Первое упоминание сельского старосты содержится в древнейшей редакции древнерусского юридического памятника - «Краткой Русской Правды» (XI век). И там упоминаются даже две должности: княжий староста сельский и староста «ратайный» (то есть связанный
с пашней). Первый, вероятно, работал с людьми, а второй ведал пашней княжеской вотчины.
Историки предполагают, что они занимали низшие должности княжеской «администрации». Те старосты были, скорее всего, из холопов. Идут споры, выбирали ли их уже тогда селяне или назначал князь. Большинство исследователей склоняется в пользу того, что какая-то форма избрания была.
Старосты как выборные представители сел упоминаются и в XVI веке.
Когда сформировалось крепостничество, обычаи выборов старост зависели от того, к какой категории принадлежали крестьяне. Крепостные на сходе тоже выбирали сельского старосту, которого часто называли
«бурмистром». Но чаще всего помещик навязывал крестьянам своего кандидата.
Государственные крестьяне (в царских вотчинах) избирали своих старост общинами. Их выборы и полномочия регулировались уже государством, например, «Учреждением об управлении государственными имуществами
в губерниях».
И только при императоре Александре II, вместе с крестьянской реформой, права и обязанности сельского старосты были закреплены в «Общем Положении о крестьянах, вышедших из крепостной зависимости»
от 19 февраля 1861 года». Староста становился главным для всех податных (облагаемых налогами) жителей местности, на которой образовывалось сельское общество.
Судьбоносный 1861-й.
В утвержденном 19 февраля 1861 года Александром II «Общем Положении о крестьянах, вышедших из крепостной зависимости» было записано (ст. 17): «В каждом сельском обществе и в каждой волости заведывание
общественными делами предоставляется миру и его избранным». Сельские старосты обрели официальный статус, были четко определены их права и обязанности.
В этом же документе весьма подробно говорится «об устройстве сельских обществ и волостей и общественного их управления». В частности, сказано: «сельское общественное самоуправление составляют: 1) сельский сход и 2)
сельский староста». Но положение старосты всё равно было двойственным и сложным. С одной стороны, староста был одним из домохозяев данного сельского общества, зависел от общины, которая его выбирала, контролировала его работу и даже назначала плату за его труд. А с другой стороны, сельский староста становился низшим представителем
вертикали власти на селе, потому что утверждали его «сверху». По административным делам он был в подчинении у волостного старшины, земского начальника, непременного члена по крестьянским делам присутствия.
По полицейским делам подчинялся полицейскому уряднику или уездному исправнику.
Старосту положено было избирать сельским сходом на три года. Обычно выбирали зрелого, хозяйственного, вполне зажиточного мужчину, который мог отвечать имуществом за недоимки и не зариться на мирские деньги.
Из «Положения о сельском состоянии» в издании 1902 года следует, что среди полномочий сельского схода были решения о создании «мирских добровольных складок и употреблении мирских капиталов». Круг обязанностей сельского старосты был чрезвычайно широк. В него входили созыв и ведение сельского схода. Без старосты сход не мог принимать обязательные для исполнения решения. Он объявлял повестку, следил
за порядком и фиксировал принятые «приговоры». За исполнение решений схода тоже отвечал староста. Также он обязан был собрать сход по указанию земского начальника.
Из административно-полицейских функций на старосту возлагали обязанности следить за правопорядком в селе. Он имел право задерживать подозрительных лиц, налагать мелкие взыскания - штраф до 1 рубля, арест до 2 суток, общественные работы - за маловажные проступки.
Очень важной была обязанность старосты вести сбор и учет платежей: казенных податей (налогов), мирских сборов (на нужды сельского общества), страховых взносов.
В 1902 году были даже изданы «Правила для волостных правлений, сельских старост и сборщиков податей Владимирской губернии о порядке счетоводства и отчетности по взиманию и взносу страховых платежей согласно высочайше утвержденному 25 декабря 1901 года мнению Государственного совета». Опубликованы и правила, и счетоводные формы, составленные губернской земской управой в 1902 году.
Хозяйственные и бытовые задачи старосты включали контроль за состоянием дорог и мостов в пределах селений, за противопожарные меры, за порядок на ярмарках и базарах, за соблюдение санитарных норм.
Плюс староста вел паспортный контроль и учет населения. Фиксировал отлучки крестьян из общины, выдавал справки, следил за соблюдением правил передвижения.
В условиях Владимирской губернии, где селения часто были крупными, а расстояния значительными, староста нередко выступал и как местный «нотариус»: удостоверял сделки, заверял подписи, составлял простые акты.
При исполнении обязанностей староста носил специальный бронзовый с позолотой должностной знак. Такие похожие знаки были у старост всех губерний России.
Сохранились знаки образца 1861 года для Владимирской губернии: на лицевой стороне - герб губернии и надпись: «СЕЛЬСКИЙ СТАРОСТА», на обороте - вензель Александра II и дата Положения о крестьянах, вышедших из крепостной зависимости, «19 февраля 1861 года». Знак подвешивался
на цепочке с булавкой или его носили на шее как медаль. Знак служил не только символом власти, но и удостоверением личности при исполнении служебных обязанностей.
Для удостоверения документов старосты обладали специальной печатью, которая наравне с должностным знаком была символом власти старосты. По стандарту Российской империи на ней обязательно указывалось:
название уезда, волости, села и сам чин («сельский староста»).
Сейчас даже трудно осознать, какую огромную массу населения России в целом «контролировали» сельские старосты. Ведь по первой всеобщей переписи населения 1897 года во Владимирской губернии проживало более 1,5 миллиона жителей. Крестьяне и «прочие лица сельского сословия» составляли около 90 процентов населения!
Так что роль сельского старосты имела особую значимость: он был и администратором, и судьей по мелким делам, и посредником между «миром» (общиной) и властью.
Примеры из практики.
Раз сельских старост избирали из крестьян, то среди них была и немалая доля необразованных. В пример приводят показатели Меленковского уезда из материалов для оценки земель Владимирской губернии
1901 года: из 225 сельских старост 46 процентов оказались неграмотными.
Как же неграмотные справлялись с обязанностями по сбору податей и учету населения? Сход имел право выбрать не только сельского старосту: «Сверх того, общества, кои найдут то необходимым, могут иметь: особых
сборщиков податей, смотрителей хлебных магазинов, училищ и больниц, лесных и полевых сторожей, сельских писарей и т.п.».
Плата за труд старосты предполагалась, ее также назначал сход из мирских денег. Но суммы были более чем скромные. По разным губерниям старостам платили от 10 до 40 рублей в год. А многие вообще не получали ничего, как выяснилось при обследовании Меленковского уезда. Те, кто получал оклад, - не более 25 рублей в год. Ясно, что прожить на три рубля в месяц с семьей даже в царской России было невозможно. А значит, староста продолжал трудиться как крестьянин.
Сохранился расклад семейного дохода старосты из Александровского уезда А.И.Куликова. Как и многие крестьяне губернии, он занимался промыслом, в его случае - шерстяным. Весь годовой доход этой семьи составлял 634 рубля 70 копеек, а расход - 622 рубля и 1 копейку. Остаток 12 рублей 69 копеек шел на разные непредвиденные расходы.
Получается, не столько за деньги работали старосты, сколько за совесть!
При наличии средств сельские общества и старосты организовывали помощь нуждающимся. Например, в 1888 году в селе Мстёра крестьянское сельское общество учредило богадельню, ею и заведовал староста. Призреваемые содержались на пожертвования частных лиц. В селе Палех, которое входило до 1918 года в тот же Вязниковский уезд, организовали бесплатную столовую для бедных.
Возникали ли у старост споры и конфликты с другими селянами? Конечно, не без этого. Например, в 1865 году дело по жалобе на старосту от крестьянина села Губцова Родиона Иванова дошло до тогдашнего и.о. губернатора Платона Шатохина. И тот в итоге своим предписанием оставил Родиона без удовлетворения жалобы.
После революции 1917 года сельские старосты исчезли вместе с сельским самоуправлением. Однако традиция иметь избранного главного человека на селе, который знает проблемы жителей и может представлять их интересы, не прервалась.
Во Владимирской области институт старост возрожден в новой форме:
сегодня старосты действуют на общественных началах, содействуют органам местного самоуправления и помогают решать локальные вопросы благоустройства, безопасности и социальной поддержки.
А история сельских старост Владимирской губернии сохранила примеры трудного поиска баланса между общественным самоуправлением и государственным контролем, между интересами общины и требованиями
власти.