Как осчастливить сироту?

Педагогика
любви
Ровно год назад службу сопровождения замещающих семей создали в муниципальном Детском оздоровительно-образовательном центре города Владимира под руководством директора Ольги Гончаровой. Тогда родители могли ‑ по желанию ‑ пройти 26-часовой курс обучения. Но проблему осознали и на федеральном уровне.
И постановлением Министерства образования и науки была принята программа по подбору и подготовке кандидатов для замещающих семей. Теперь занятия с каждым претендентом стали обязательными и составляют уже 80 часов. Работать по новой программе Центр начал с 1 сентября прошлого года, открыв школу кандидатов в усыновители и опекуны. Как и другие программы Центра, для обучающихся занятия совершенно бесплатны.
Сегодня уже можно говорить об опыте, наработанном школой: ведь обучение прошли более 80 будущих родителей. Все они получили свидетельство о прохождении программы и психолого-педагогическое заключение о возможности передачи им ребенка, оставшегося без попечения родителей. Эти два документа теперь входят в список обязательных для процедуры усыновления и опеки.
На одном из занятий такой группы я побывала и была немало удивлена разновозрастным составом ‑ от 30 до 70 лет ‑ и присутствием мужчин, что, кстати, было хорошим знаком: это говорило о серьезности намерений, когда мужья приходят учиться азам отношений с детьми вместе с женами.
Но лекции, тренинги, тестирование, беседы и прочие формы обучения ‑ это еще не все. Обязательной для всех кандидатов является и практика на базе одного из детских домов, и выполнение домашних заданий. И все это с целью адаптации ребенка в приемной семье и ее поддержки на разных этапах становления. Руководит работой школы заместитель директора Центра Вера Маштакова, имеющая большой опыт работы и с детьми-сиротами, и с приемными родителями.
- Главный результат, который мы хотели бы видеть, и я надеюсь, что так оно и будет, - говорит Вера Михайловна, - это крепкие приемные семьи, счастливые дети и полное исключение вторичного сиротства.
- Бывает
и такое?
- К счастью, очень редко. Но если такое случается, это становится непоправимым горем для ребенка. Представьте его расставание с приобретенными и успевшими стать родителями… Это и называют вторичным сиротством. Думаю, при новой системе работы с кандидатами в родители подобных трагедий больше не случится.
В день, когда я посетила школу сопровождения кандидатов на замещающие семьи, занятия вели социальный педагог Светлана Сараева, ответственная за работу школы, и психолог Ирина Токарева.
Потом мы долго разговаривали ‑ хотелось больше узнать о сути и специфике этого нового общественного установления.
- Вы, наверное, заметили, - сказала Светлана Павловна, - в какой доверительной обстановке у нас проходят занятия. Темы емкие, глубокие и полезные. Например: «Что значит любить ребенка?». Если ответы суммировать, выйдет примерно так: ему дам все самое лучшее ‑ игрушки, одежду, школу, вуз, повезу на море, за границу и т.д. В общем, сплошной праздник. А где же будни? Кто, как не родители, научит ребенка таким понятиям, как долг, послушание, обязанности?
У психолога ‑ свои темы. Ирина Токарева при первой же новой встрече выясняет у каждого мотив решения об усыновлении или приеме в семью ребенка. Родители должны осознать, почему они этого хотят, увидеть реальную картину будущего ‑ все ее плюсы и минусы. После обсуждения сам кандидат должен подойти к окончательному решению. И если остаются какие-то сомнения, будущие родители записываются на дополнительные консультации. Это, понятно, долгосрочный проект…
Обсуждаются и вероятные конфликты с членами семьи, соседями или коллегами по работе, личностные качества потенциальных родителей.
- Главное, - говорит Ирина Николаевна, - нужно время, чтобы родителям и детям привыкнуть друг к другу как к родным. У взрослых это бывает труднее, чем у детей.
Настоящим откровением для меня стало признание Людмилы, одной из кандидаток на звание родителя. Ей тридцать лет. Не замужем, живут вдвоем с мамой.
- Почему вы здесь? У вас замечательное образование, престижная работа, вы молоды и хороши собой… Еще можете и сами родить…
И достойный восхищения ответ:
- Представьте, с 14 лет мечтала иметь и своих, и усыновленных детей. Чисто моральный принцип ‑ помочь сироте. Став взрослой и самодостаточной, я решилась…
О сиротах Людмила знает не понаслышке. Еще в студенчестве она вместе с другими сокурсниками увлеклась волонтерством. Красили Покровский детский дом, гуляли с малышами из дома малютки. Участвуя в ежегодной акции День добра, они собирали деньги, игрушки, письменные принадлежности, кисти и краски, дарили все это сиротам. А если к этому опыту приплюсовать моральные устои девушки, можно смело сказать ‑ мама из нее получится настоящая.
Один хорошо,
а трое лучше
Надо заметить, в самом коллективе Центра есть человек, воспитывающий приемных детей. Это Ирина Вячеславовна Илларионова, педагог-психолог высшей квалификации, мама троих детей.
Сыну было уже 8 лет, когда в семье родилась идея взять приемного ребенка. Муж Ирины Игорь Александрович, педагог-хореограф, был единомышленником жены. И так получилось, что когда пошли в детдом за девочкой, домой пришли с двумя. Они были сестрами, которых по неписаным, но очень гуманным правилам разлучать нельзя. Младшая Настя учится в первом классе, старшая Вера ‑ в пятом. И хотя их одна мать родила, девочки разные, как небо и земля. Не похожие друг на друга, с разными характерами и способностями. Старшая в семь лет сильно отставала в развитии. Сколько усилий и времени приложили супруги! Сегодня девочка учится в обыкновенной, а не в коррекционной школе. Хоть и не блистает, но и в отстающих не числится… Младшая все схватывает на лету ‑ умница, прилежная и контактная.
Ирина Вячеславовна объясняет эту разницу тем, что старшая дольше жила с матерью. Ее из семьи забрали и определили в детдом в пять лет, а Настеньку ‑ в полтора года.
- Конечно, поначалу было трудно, - рассказывает Ирина Вячеславовна, - и потому, что это девочки, а у меня мальчик, и потому что трое ‑ не один. Но потом стало легче. У детей свой коллектив. Они сами друг друга занимают, развлекают и учат. Взрослому нужно только их организовать, направить, подсказать. Поэтому считаю, что правы те, кто берет на воспитание не одного, а двух, трех, а может, и более детей.
В семье Илларионовых дети живут дружно, у них много общих интересов, есть свой домашний театр. В постановках участвуют все.
Конечно, родители стараются разнообразить досуг детворы. Все вместе ходят в музеи и театры, ездят на экскурсии, четырежды были на море.
Обидно бывает слышать, когда некоторые обвиняют приемные семьи в корысти. Но ведь эти 5-6 тысяч в месяц государство платит на то, чтобы одеть, обуть, прокормить детей. А во сколько оценить любовь, которой одаривают семьи своих приемных ребятишек? Вряд ли кто-то скажет. Ибо она ‑ бесценна.