В кадре нет ни одного звездного актера, но это даже придает картине большей аутентичности: лица незамыленные, с другими образами неперсонифицированные. При этом, каждая роль — тонкий, психологичный и душераздирающий перфоманс, заставляющий зрителя то сопереживать героям, то презирать их.
По сюжету, в серый унылый провинциальный городишко из Москвы возвращается красивая молодая женщина Мила — хорошо одетая, ухоженная, с гордой осанкой и явной раной: не физической, но душевно-самолюбивой.
В картине не говорится об этом прямо, но за плечами у героини подразумевается болезненный роман, который она прервала волевым решением. Можно пойти дальше и предположить, что мужчина либо обидел ее так сильно, что не уйти от него она не могла, либо все еще проще — он женат и отказался разводиться ради нее. Гордая девушка свой ультиматум довела до конца — и сбежала на малую родину, стойко игнорируя звонки «бывшего».
Вот только в родном доме у матери Миле не рады. У разведенной сестры новый роман — с выходцем из Средней Азии, молчаливым, но очень симпатичным, и такие конкурентки ей, растолстевшей и обрюзгшей не по возрасту, не нужны. Мать девушек вообще производит отталкивающее впечатление уставшей озлобленной ведьмы, чье единственное желание — чтобы ее оставили в покое и не приставали к ней со своими проблемами. А поскольку дочки проблемные: одна депрессует и сидит у нее «на шее», вторая — по требованию жениха — пытается сплавить на нее двух сыновей от первого брака, женщина становится все злее и неприятнее. Даже собираясь на совместные застолья, члены этой своеобразной семьи словно давят в себе взаимное раздражение и неприятие, даже не пытаясь отыскать друг к другу хоть капельку любви. В итоге Мила берется за нового мужа сестры, чем вносит полный хаос в ситуацию.
Рубят этот «гордиев узел», как ни странно, те самые дети, которые не нужны ни матери с отчимом, ни родной бабке. Они так умудряются встряхнуть своих взрослых родственников, что те в кои-то веки решают поступить правильно — все до единого. Но, несмотря на этот натянутый хэппи-энд, картина о нравах у Глаголевой получилась все равно грустная — о том, что в некоторые социумы счастье даже на минутку не заходит.