28 июня в 10:47
  1. Общество

Во Владимирской области решают проблему лесных свалок

Фото: Владимир Чучадеев
Как известно, природа прекрасна в любое время года. Но, к сожалению, ровно до той минуты, когда до нее добирается человек. Окурки, пакеты, фантики, обломки стройматериалов, старая мебель — чего только наши сограждане не выбрасывают в замечательных лесах Владимирской области! Корреспонденты «ВВ» лично проехали по окрестностям, зафиксировали десятки несанкционированных свалок и попытались разобраться: можно ли изменить ситуацию?

Удар хламом по природной благодати

В июне-2020 лето, наконец, наступило по-настоящему — стоит отличная солнечная погода. Ограничения понемногу снимаются (хотя осторожность и СИЗы по-прежнему необходимы). Так что самое время побывать на природе — подышать свежим воздухом, послушать пение птиц, полюбоваться всеми оттенками зеленого... За тем мы и отправились в лес близ села Лемешки в Суздальском районе. 

От села в лес идем по достаточно наезженной грунтовке. Хотя, судя по тому, что между колеями выросла довольно высокая трава, ездят здесь не часто. Вокруг — очень красиво: на зеленом ковре - бело-сине-лиловые поляны люпина, сныти и колокольчиков с красно-розовыми вкраплениями клевера и лесных гвоздик. Воздух после областного центра невероятный! В травостое крякает какая-то птичка... Но вот первый диссонанс с природной благодатью: мы еще до деревьев не дошли, как вдоль дороги стали попадаться мусорные мешки. А в самом лесу нас встретила уже настоящая свалка. Бытовой мусор вперемешку со строительным.

Идем дальше. За первой свалкой – другие, поменьше. А за ними обнаружились штабеля спиленных веток. Непонятно, то ли это остатки от санитарной очистки леса (тогда почему ветки не убраны, впрочем, как и свалки?), то ли эти ветки вывезены из частного сектора.

Пять минут ходьбы - снова мусор, оставшийся после какого-то ремонта. Старые рамы со стеклами, дверь. Еще одна свалка. Уже с бытовыми отходами – бутылки из-под молока, пива, воды, остатки мусорных пакетов, старый башмак.

Впереди – опушка, образовавшаяся, по всей видимости, после вырубки и раскорчевки горельника. Минуем ее. И бинго - снова свалка! На этот раз из покрышек. Но дальше дороги нет. А это значит — раз дорога не сквозная, хлам здесь оказался не случайно, специально достойные люди его в лес вывозили.

Подозреваются дачники?

Возвращаемся в деревню. В самих Лемешках обнаруживаем еще одну свалку - около кладбища. Внизу кладбищенский мусор – старые венки, трава. Но сверху кто-то уже набросал мешков с домашними отходами, разнообразные пакеты из-под молока, пивные банки, бутылки.

В целом село выглядит чисто и ухоженно. Трава по улице скошена, перед каждым домом стоят бочки или контейнеры для мусора, содержимое которых вывозится раз в неделю.

- Я тут родилась, сейчас живу в городе, в родительском доме,- рассказывает Ольга Васильевна. - Ратуем за то, чтобы село было чистое, аккуратное. Но вот у кладбища кто-то уже свалку устраивает, в лесу давно свалка обосновалась. Думаю, что туда либо те, кто поближе к лесу живет, либо дачники из садов – тут несколько СНТ поблизости – мусор свозят. 

Может, в другом месте нам удастся насладиться природой, не загаженной человеческим безобразием? В Оргтруде разговариваем с местными на тему «что в лесу творится?». Тоже ничего хорошего:

- Сейчас еще не так страшно. Активистов много. Они убирают мусор. А в 90-е годы так вообще у обитателей частного сектора и дачников чуть ли не нормой было поднакопить побольше мусора и в лес свезти, - вспоминает продавщица Ирина Александровна.

- Дачники пакостят.  Едут, остановились, покидали, поехали. Сама сто раз такое раньше видела. Надо среди дачников искать или среди жителей Маёвки. Там частный сектор, поближе к лесочку. Отдыхающих еще много. Все выходные едут и едут. На плотину, за плотину. Кто-то уберет за собой, а кто-то на месте мусор оставит или в лесу пакет кинет. Но все таки сейчас народ более сознательный стал, – поведала еще одна продавщица Елена Захарова. - Не сравнить с тем, что раньше было. А было гораздо больше мусора. То есть он вообще везде был.

- Да помойка там натуральная! – припечатывает работница ЦУГД Екатерина Желнина.  - Бардак такой, что в лес ходить не хочется. Ощущение, что камазами помои привозят. Противно ягоды собирать.

Частники с чемоданами и кинескопами

По дороге, миновав уже оргтрудовское кладбище (кстати, контейнеры на кладбище тоже переполнены мусором), встречаем женщину, пешком направляющуюся в ту же сторону, что и мы. 

- Скажите, много в лесу мусора? – спрашиваем.

Женщина категорически отрицает его наличие. Говорит, что все свалки, какие в лесу были, убраны. А больше, дескать, никто не мусорит. Мы пошли вперед — и вуаля: прямо вдоль дороги - куча за кучей строительного и бытового мусора. Пока мы их осматривали и фотографировали, подтянулась наша недавняя собеседница. Наверное, хорошо иметь такое специальное зрение, чтобы не видеть грязи прямо перед носом...

Сворачиваем с дороги Оргтруд-Грезино на пролесок - подальше от людей и следов их жизнедеятельности. Не тут то было. От некоторых вещей не скрыться. Сразу натыкаемся на свалку: матрасы, старые чемоданы, разбитый кинескоп от телевизора, банки от краски, упаковка от утеплителя. Похоже, кто-то разбирал старую дачу, выкидывая весь хлам. Только почему-то местом для свалки этого хлама выбрал лес. Прямо напротив – еще одна мусорная куча: деревянные поддоны, оконные рамы, битые оконные стекла. 

А вокруг - красивейший сосновый лес. Светлый, с высокими стройными деревьями, с цветущей ежевикой. Как можно гадить в таком райском месте? Но ведь гадят! Идем к озеру в Грезино — хотим поспрашивать людей, откуда в их местах столько помоек. 

- Очень много свалок! Машинами вывозят. Старые дома разбирают, а весь мусор – в лес. В Оргтруде на Маевке, где частный сектор, контейнеров нет. Два раза в неделю приезжает машина, забирает мешки мусорные. А крупногабаритный они, видно, в лес везут, -  подтвердил нам местный житель Владимир Витальевич, совершавший велопрогулку по лесу.

На берегу озера – полно следов кострищ.  Даже мангал ржавенький кто-то оставил. Рядом с ним - пивная бутылка. Неподалеку на одном из кострищ валяются одноразовые тарелки, ланчбоксы, пакеты – следы пикника. В другом кострище – раздавленная пивная банка. Вы что творите, люди?

Крик волонтерской души

- Полно свалок! – возмущается дачница Элла. -  Ведь мусор у нас в Грезино организованно вывозится. С начала мая, как первые дачники заезжают, так вывозят очень хорошо. Контейнеры в наличии. А машины все равно в лес едут. Чьи и откуда – не знаю. Они как увидят, что кто-то подходит, сразу уезжают. Но едут и легковые, и грузовые. Мы всю весну, месяца полтора сами убирали, что могли. По берегам озера чистили. И в лесу тоже. Тут так все было изгажено! Дети и взрослые присоединялись. Никто никого не призывал, все как-то само происходило с этими субботниками. Кто-то увидел, что мы мусор собираем, подъехал на машине – увез в контейнеры. Несколько машин вывезли. Мешков было ой-ё-ёй сколько! Около мостика через озеро свалка громадная была – всю сами вывезли. Но мы не можем убрать все и за всех! Мелочь-то убрали, но там мебель всякая старая. Для нее нужны машины грузовые. Остались свалки вот по этой дороге – от Грезино прямо в лес, и там в самом начале с левой стороны. Сразу увидите. Вот здесь – по этой дороге, к озеру, тоже кучи. Да ужасно все! Конца и края нет! А места-то шикарные!

Проехали мы по одной из указанных собеседницей лесных дорог. Чуть отъехали от озера, свернули в лесок - и обнаружили настоящую выгребную яму. В ней, кроме мелкого мусора, красуется старый диван. Действительно - силами волонтеров в лице стариков, женщин и детей такое не вытащить. Напротив - еще одна огромная яма. В ней пока только один уголок забит пакетами с мусором.

Гадаем, что же это такое. Видно, что ямы не вымыты дождями, а выкопаны экскаватором. Причем, выкопаны варварски: оголены корни сосен. То ли местные себе индивидуальные свалки готовят, то ли кто-то добывал песок для строительства, накопал ям, а потом подтянулись остальные «генераторы мусора».   

Идем дальше в лес – видим целый мебельный салон. Кресла, кровати, тумбы, оконные рамы. Чуть поодаль еще одна выставка грязной мебели вперемешку с бытовым мусором. И снова - раскоп с набросанными в него отходами... Такое ощущение, что каждый частный или дачный домик обзаводится здесь собственной свалкой. Их действительно здесь как грибов после дождя!

- А после вашего репортажа уберут кучи? – проводила нас вопросом активистка. 

- Надеемся, что уберут, - отвечаем. 

А что еще тут можно ответить? Правда, если после того, как власти организуют чистку леса, люди снова начнут устраивать помойки, в окружающей нас реальности не изменится ничего.

Есть проблема - есть ответ

Обращаемся к представителю регионального оператора ООО «Биотехнологии» Альберту Скворцову. Он сразу попросил фотографии с геолокацией. Но вот беда - мобильный интернет в лесу не работал. 

- Объясняю процедуру. Убирать такие свалки должен владелец участка. Точнее, он должен следить, чтобы они вообще не появлялись. А если не уследил, то - вовремя убирать. Не можешь поймать того, кто на твоей земле гадит, убирай сам. Логика простая, - пояснил представитель ООО «Биотехнологии». - Поэтому нам и необходимо знать точное месторасположение свалок. Чтобы понять, кто за них в ответе, чьи это земли – гослесфонда, муниципалитета. Сразу скажу, что вывоз мусора с кладбища организует муниципалитет. А по остальным – необходимо установить владельца участка. Зная точную локализацию свалки, это легко сделать. 

Установив, на чьих землях образовались свалки, регоператор направляет в его адрес требование убрать это безобразие. Если требование не исполнено, то свалку уберет регоператор, а владельцу участка выставит счет за работу. 

- Если есть проблема сделать снимки свалок с геопривязкой, то кто-нибудь из жителей, хорошо ориентирующихся на местности, может приехать в наш офис на Мира, 61а и на карте указать их расположение, - пригласил активистов к сотрудничеству Скворцов. 

Не могли мы, общаясь с представителем регоператора, поговорить и о мотивах, по которым люди так настойчиво стремятся загадить лес.

- По инерции, наверное. Смысла в этом уже никакого нет, - рассуждает Альберт Анатольевич.  У нас договоры на вывоз мусора заключены и в Грезино, и в Оргтруде, и в Лемешках. Люди все равно платят за вывоз ТБО. Вывоз крупногабаритного мусора, к которому относится не только мебель, но и оконные рамы, и двери, тоже заложен в тарифе. По правилам, должны быть оборудованы отсеки для КГМ на контейнерных площадках. Но если даже их нет, мы все равно такой мусор заберем и вывезем. Зачем еще раз платить за найм машины и рисковать попасть на штрафы, вывозя все это в лес? – разделяет наше недоумение Скворцов.

Отдельный договор составляется только на вывоз строительного мусора – бревен, досок, кирпичей.  Но, кстати, вот такого крупняка мы в лесу видели совсем мало. Тот же старый кирпич в деревнях используют на подсыпку дорог, бревна – на растопку. В основном все увиденные нами в лесу отходы как раз были из категории тех, что и так должны вывозиться за те деньги, что мы уже платим за вывоз мусора. Зачем платить дважды? Неужели просто есть категория людей, которым нравится гадить? Или, действительно, это всего лишь инерция, которая со временем сойдет «на нет»? Если второе, то лично нам очень хочется дожить до мира без помоек в сосновниках.

Читайте также: Дайверы очистили дно популярного у владимирцев водоёма

^
Нашли опечатку в тексте? Выделите её и нажмите Ctrl + Enter.
Во Владимирской области за сутки выявили 46 случаев коронавируса вчера в 09:10
Управление Роспотребнадзора по Владимирской области утром 5 июля сообщает о 46 новых случаях заболевания коронавирусной инфекцией в 11 муниципалитетах региона.
Муромляне отправились в историческое плавание по Оке вчера в 08:50
Наши коллеги с портала Муром 24 сообщают о реконструкции уникального путешествия. Здесь на этой неделе в свое первое в нынешнем сезоне плавание отправилось судно, сделанное по канонам 10 века.
Первый ЕГЭ во Владимирской области прошел без происшествий 4 июля в 15:05
Депутат Госдумы РФ Максим Зайцев, представляющий партию ЛДПР и курирующий Владимирскую область, сообщил «ВВ» о том, что первый ЕГЭ прошел в регионе качественно, без каких-либо нарушений.