«Наш приоритет – охрана лесов от пожаров», – заверил он: «В этом году пожароопасный сезон был рядовым: 65 возгорания на площади 67,4 га». Возгорания фиксируются с помощью космических спутников, тридцатью видеокамерами, установленными в основном на вышках сотовых операторов, и с самолетов Владимирской авиабазы охраны лесов. Кроме того, ежедневно в течение пожароопасного сезона по лесам на автомобилях ездят патрульные группы, общая протяженность маршрутов – 15,6 тысяч километров.
Малышев рассказал о воспроизводстве лесов, о реализации нацпроекта «Экология»: объем лесовосстановления в этом году составляет 5,4 тысячи га, на 4 тысячах га саженцы уже посажены. На вопрос «Владимирских ведомостей», нанесет ли скоростная автотрасса «М-12» ущерб нашим лесам, Малышев ответил, что «говорить об ущербе лесному хозяйству не совсем корректно: жизнь идет вперед, инфраструктура развивается, жизнь меняется...» «Есть правовой акт, который при строительстве линейных сооружений обязывает провести компенсационное лесовосстановление, – сказал директор департамента, – мы работаем над этим вопросом, анализируем...» Но сколько именно гектаров леса будет вырублено при строительстве автобана, Малышев пока сказать был не готов.
А вот истощаются ли у нас лесные запасы? «Есть такая норма Лесного кодекса, – отвечал главный государственный лесной инспектор, – обеспечение рационального неистощимого лесного ресурса». По его словам, вырубается даже меньше, чем допустимый размер «изъятия»: «Процент освоения расчетной лесосеки уже не первый год составляет не более 70». И он сослался на национальный проект «Экология», которым к 2024 году предусматривается 100-процентное восстановление лесов: «А у нас этот показатель уже достигнут: все 100 процентов!» Это хорошо, хотя и сам Малышев признал, что «мы, наверное, не увидим результатов этого восстановления, потому что лес растет долго, а человек живет не так долго, как нам бы хотелось».
А вот с так называемыми лесными свалками вопрос так и не решен: кто и как должен убирать мусор из леса. «Мы этим занимаемся, – сказал начальник департамента, – но уборка мусора в лесах не финансируется вообще. А прокуратура добивается решений, чтобы свалки убирали работники лесничеств. Привлекаем местных жителей, волонтеров. Но весной сходит снег и мы видим все ту же свалку...»
Что касается очистки лесов от упавших деревьев, сухостоя, хвороста, Малышев пояснил, что классическое лесное законодательство этого не предусматривает: «Лес – это сложная биосистема, которая функционирует в том режиме, к которому она привыкла, хотя проблема есть, и я ее признаю. Но, к сожалению, работа в лесной отрасли, как и в любой другой, стоит денег. Мы проводим очистку леса, но в пределах тех средств, которые у нас имеются».
Читайте также: Владимир Сипягин проинспектировал ремонтные работы на мосту через Войнингу