– Как ударил по вам коронавирус? Крепко?
– Отрапортовать, что в условиях коронавируса мы работаем «успешно», конечно же нельзя, времена и психологически и морально непростые, но больших потерь мы не понесли.
Объем выручки существенно не снизился благодаря тому, что мы находимся в сегменте производства упаковки для продуктов питания, в том числе упаковки для молочной промышленности. Она всегда востребована.
– Из Владимира уходит подразделение Danone. И что будет теперь с вами?
– Продажа владимирской площадки Danone мало скажется на нашем производстве, у Danone больше 70 заводов в целом по России. Нам просто говорят на какие площадки отгружать продукцию, а с отдельными заводами напрямую мы никаких договоров не заключаем.
– Пандемия не могла не сказаться на вас, ведь это неизбежно. Боретесь? Как?
– Бороться с коронавирусом, это, наверное, не совсем корректно так говорить. Этим занимается правительство. У нас задача №1 – это ликвидация возможных угроз, которые могут так или иначе отрицательно повлиять на наш бизнес. Был введен ряд правил: замер температуры, запрет собираться вместе в количестве больше двух человек, по перемещениям в коридорах, с самого начала были введены маски, курить разрешалось ходить по одному, вход посторонних лиц был ограничен, включая клиентов и партнеров.
– Еше одна важная деталь. Народ беспокоится насчет упаковки в магазинах. А, может, на ней вирус? А мы за него голыми руками...
– Но медики же сказали, что вирус не живет в свободной среде. У нас, естественно, не медицинская стерильность – таких требований нет, мы выпускаем десятки миллионов стаканчиков, человек просто не успеет их коснуться руками, это физически не сопоставимая скорость. А маски, средства для дезинфекции , бесконтактное измерение температуры – это все есть. Но повесить приказ на стену – это одно, а отслеживать его выполнение – это совсем другое. Были сокращены командировки, посещения, все кто приезжают из отпусков или командировок – все подлежат обязательному тестированию. Только при наличии теста возможно дальнейшее взаимодействие с коллегами.
– Тестируете своих сотрудников?
– Тестируем да, регулярно, причем в массовом порядке, целыми сменами. Заметно на работе это не сказалось, но в то же время, многое изменилось. Всем работникам была выплачена компенсация, независимо от их стажа, такое решение было принято на уровне Группы компаний. Это социальная поддержка. У нас заключены договора с клиниками, у нас организован забор мазков, крови и т. д. Оплату расходов мы берем на себя: мы руководствуемся защитой своего бизнеса. У нас все равно из 280 работников 25 заболевших было.
– То есть вы, можно сказать, гуманисты-социалисты, заботитесь о рабочем классе?
– Это не то что гуманизм, в том смысле, в каком вы говорите, это ведь и в наших интересах, это защита бизнеса. Все затраты мы берем на себя, потому что последствия неосмотрительности несоизмеримо больше. И нам удается сохранять финансовые показатели. Выручка не снизилась. По каким-то клиентам оборот просел, но в общем и целом мы остаемся на прежнем уровне. Нельзя забывать, что могло быть намного хуже, как у многих других.