– Почему решили обратиться в центр занятости? Вам сразу предложили участие в программе?
– У меня очень интересная профессия, которая мне безумно нравилась. По специальности я инженер-теплоэнергетик. Закончил московский университет. 15 лет отработал в сфере ЖКХ и сопутствующих структурах, например, ремонт технологических трубопроводов и металлоконструкций. Работал в Смоленской области, в городе Дорогобуж. Там огромный химический завод, наверное, размером с Вязники. Потом был специалистом по охране труда, затем опять вернулся в сферу ЖКХ уже инженером ПТО. Остался без работы и обратился в центр занятости. К тому моменту у меня было хобби: занимался пошивом изделий из кожи. Мне никто абсолютно не предлагал этот вариант - участие в госпрограмме. Сам узнал, что есть такая программа. Обратился к Капусткиной Любови Юрьевне, заместителю директора ЦЗН города Вязники, можно ли это воплотить в жизнь. Так как у меня сфера интересов заключалась не в торговле, продаже и так далее, центр занятости заинтересовался моим предложением. Это был 2020 год.
– Сколько времени занял весь процесс: от подачи бизнес-плана до получения денег?
– Нужно сделать бизнес-план и его, говоря студенческим языком, защитить. Приглашают на собеседование. Вы озвучиваете цели своего проекта, кто вы есть по жизни, почему решили этим заняться и какие у вас дальнейшие планы. Думаю, что это заняло бы месяц, но я на месяц выбыл из-за коронавируса. А так все достаточно быстро, никаких проблем я не увидел. Уже на этапе собеседования люди из администрации были настолько удивлены, что человек в городе этим занимается. Сфера деятельности необычная. Наверное, поэтому заинтересовались.
– Как раз хотела спросить про конкуренцию в данной нише. Сейчас есть именно российские бренды, крафтовые, которые изготавливают изделия из кожи, и есть крупная промышленность. Насколько сложно найти своего клиента вам?
– У меня ручная работа, соответственно ценник гораздо выше, чем у крафтовых ателье. Сумку сшить на машинке занимает один день, а другое дело – сшить такую же сумку руками. Уйдет неделя. Соответственно ценник в три-четыре раза выше. Так как я понимаю, что ценник выше, значит, надо предложить человеку какую-то изюминку, что-то ему посоветовать в дизайне. На первых порах найти клиента сложно. Я – перфекционист, видел все свои «косяки», пытался в дальнейших работах их исправить. Что-то получалось, что-то – нет. Первые изделия просто дарил всем своим знакомым и друзьям. Потом через «сарафанного радио» обо мне узнало большее количество людей. Зная мой характер, мою специальность, некоторые до сих пор не верят, что эти вещи делаю я. Да и если бы мне лет семь назад сказали, что я буду с иголкой и ниткой сидеть целыми днями и это будет основной вид деятельности, то я бы не поверил. Но небольшими шажками, через соцсети обо мне узнает все больше людей. В прошлом году я открыл для себя новые регионы – Татарстан и Карелию. С другой стороны, были в прошлом году очень серьезные проблемы. По условиям гранта от центра занятости необходимо не просто открыть ИП и получить деньги, но и за них отчитаться. Еще надо год-полтора просуществовать как юрлицо. Как раз у меня полтора года истекали в декабре 2022 года. Конец февраля – начало СВО. Люди поснимали деньги с банков, не знали, что с ними делать и никуда не вкладывались. У меня два месяца были нулевые, ни одного заказа. Также я хотел немного поторговать сувениркой в Ростове Великом, у меня там живет знакомый. Приехал к нему в сентябре, и была объявлена частичная мобилизация. Если до мобилизации по 20-30 туристических автобусов стояло в Ростове Великом, то когда мы приехали, ни одного автобуса, туристов нет вообще. Прошлый год был достаточно провальным.
– Когда восстановилась покупательная способность?
– Где-то к Новому году. Если после начала СВО – это где-то к середине-концу апреля, то после мобилизации – примерно начало декабря и к Новому году пошел спрос.
– Как в этом году идут дела с продажами?
– Достаточно неплохо. Я нашел одну оффлайн-точку в Нижнем Новгороде. Также заказы есть постоянные из одного бара в Санкт-Петербурге. Плюс частные заказы. Уже доходит до такого, что я один просто физически не справляюсь. Нашел несколько человек, обучил их, чтобы они сувенирную продукцию шили на дому. Пока работают в формате надомных работников. Дальнейшие планы - уже начал закупать оборудование: пресс, лазерный гравер. Следующие покупки будут уже по машинкам. И аренда.
– Возвращаясь к 100 тысячам, которые вы получили в качестве госпомощи, что вы закупили за них?
– По оборудованию мало что закупил: комплект японских пробойников и все. В основном кожу и фурнитуру. Всякие молнии, заклепки и так далее. Насадки под каждый размер свои. 100 тысяч – звучит громко, но на самом деле это не такие большие деньги.
– Как быстро вышли на доход?
– На доход я до сих пор не вышел. До этого гранта я в это дело вложил еще порядка полумиллиона рублей. Это у меня было как хобби. Я им занимался до получения гранта 2,5-3 года. Когда я получал грант, то понимал на что конкретно потратить деньги для развития. Сейчас я вышел на тот уровень зарплаты, если бы сидел в кабинете, работая в сфере ЖКХ по образованию, – где-то 35-40 тысяч. Успехом можно назвать то, что я нашел сферу деятельности, от которой я получаю удовольствие, даже работая по 12-16 часов шесть дней в неделю. Успех, думаю, заключается в том, чтобы найти то самое свое предназначение.
– Когда начали заниматься кожей, может, в детстве интересовались?
– Вообще ничего такого не было. Даже одно время работал специалистом по охране труда на швейной фабрике. Там, конечно, не из кожи шили, в основном женские платья и блузки. Хобби возникло из-за того, что напряженная работа была, и вечером чтобы как-то расслабиться и отвлечься. Заинтересовался в интернете: на глаза попался ролик.
– Какое было первое изделие?
– Это была работа наподобие небольшого кошелька, но для большого количества карт – банковских и скидочных. Их там штук 30 помещалось. Я его подарил своему другу в Нижнем Новгороде. Он сказал: «Я только что приехал из Испании и там купил практически такой же». Тогда еще не так популярны были приложения в мобильном телефоне, куда можно закачать карту, все ходили с огромными кошельками, и в сумках были эти карты раскиданы. Мое второе изделие – ножны, они уехали в Москву.
– Какие виды изделий вы изготавливаете?
– Кожа – универсальный материал, из нее можно делать все что угодно. Давайте поэкспериментируем: назовите сферу деятельности и я скажу, что можно сделать из кожи для этой деятельности.
– Журналистика.
– Можно сделать чехол на ручку микрофона. Если это видеорепортер, можно предложить украшение – браслет. В прошлом году я сделал две картины из кожи. Знаете, что такое лоскутное шитье? Взял две картины из кубизма: одна – испанского неизвестного художника, а вторая – Пабло Пикассо, серия «Гитары». Я делал их под конкретного человека и подарил ему на свадьбу. Не хочу изготавливать банальные ремни, сумки, кошельки. Для пары из Санкт-Петербурга делал череп коровы из кожи (но фото не осталось). Есть вещи, которые можно выполнить из кожи, но они не вписываются в стандартный кругозор человека.
– А вы обычно эскизы и выкройки ищете в открытых источниках или сами придумываете?
– По-разному. Есть какие-то вещи, которые я вижу в интернете, и мне становится интересно это делать. Вчера закончил делать женский рюкзак, он интересен тем, что сделан в виде корсета. Бывают совершенно сумасшедшие заказы. В прошлом году для друзей из Англии делал кита из кожи. Пришлось это все конструировать вручную. Здесь уже играет роль опыт работы с кожей плюс образование инженера. Черчение – немаловажная вещь в нашей жизни.
– Где берете сырье? Нет сложностей с закупкой?
– С закупкой сложности только финансового плана, потому что цены на кожу взлетели от 30 до 50 процентов. Есть в России несколько заводов. Я работаю с волгоградским, рязанским и белорусским предприятиями. Еще есть несколько продавцов, я конкретно общаюсь с двумя. Но у них в основном Бельгия и Италия. Ценник, конечно, космический. Проблем с поставками нет. Из Европы возят, кто-то говорил, что даже из Ирана есть какие-то магазины. Но я с этой кожей не работал. Соответственно – турецкая кожа, но она в основном свиная.
– Читала, что часто у мастеров, которые работают с кожей, возникает проблема с фурнитурой: сложно найти поставщика качественной. Сталкивались с подобной ситуацией?
– Естественно. У меня были и с кожей проблемы. Поначалу пока я не определился с конкретными магазинами, мне присылали много некачественной продукции. Сейчас нашел магазин, с которым четыре года сотрудничаю. Там в зависимости от «хотелок» заказчика можно все, что угодно найти.
– Вы работаете только с натуральной кожей или с кожзамом тоже?
– Только натуральная.
– Почему?
– Я не хочу с кожзамом работать. Понимаю, что мой взгляд на жизнь, он утопичен. Почему делают машины плохого качества? Потому что одну машину можно продать грубо говоря за миллион рублей, а потом на нее запчастей – еще на три миллиона. А я люблю делать капитальные вещи, чтобы это изделие служило человеку долго, и еще детям досталось.