Небольшой город Костерево в Петушинском районе с некоторых пор стал известен содружеством талантливых живописцев, представленным пятью авторами: Виктором Мелешенковым, Михаилом Петровым, Сергеем Трухановым, Евгением Кравцовым и Еленой Петровой. Большая выставка этих художников открылась в областном Центре изобразительных искусств на Большой Московской.
Это не первая во Владимире выставка костеревских художников, но впервые настолько масштабная и многосторонняя. «Открывается» полотном Мелешенкова «Птица Сирин». Сказочная красная птица, распростершая крылья над городом, словно закрывает его он невзгод и напастей.
Сочно и ярко смотрится «Катюша в русском уборе», на картине - девушка с милым русским лицом.
Творчество Михаила Петрова и Елены Петровой сложно отнести к какому-то одному известному жанру. Елена представила серию «досок» - «Реквием», «Зной», «Лодка» и «Ушедшее лето», а Михаил - целый «поток сознания» - «Дорога», «Объект - яблоко», «Ночь» и другие. Вы заставляете людей думать? Уж этой-то вины вам не простят! Возможно, кто-то рассуждает именно так, но многие действительно надолго задумываются, созерцая ту же «Дорогу». Летящими штрихами Петров сумел передать огромную скорость, опасную и такую манящую. Его дорога подобна нашей жизни, которая складывается частью из безрассудных, частью из благоразумных поступков. Кто пишет о ней почтительно и по всем правилам, тот умалчивает о большей ее половине. Петров не умалчивает, и пораженные зрители долго чешут в затылках и никак не могут оторвать взгляд от «Объекта - Яблоко» - как формы Вселенной или от выпукло-простынной «Ночи».
Совершенно другие эстетические принципы декларирует в своем творчестве Евгений Кравцов. Сибиряк по рождению, выпускник Российской академии живописи, ваяния и зодчества, он участвовал в воссоздании Царских врат Храма Христа Спасителя, регулярно выезжал на Север в творческие экспедиции. Результатом этих поездок стали картины «Мезенские лодки», «Палащелье», «Северная ночь».
Манера Кравцова - сдержанное повествование, краски холодные, приглушенные. Но его черный цвет - вовсе не черный, он имеет сотни оттенков. Индивидуальную манеру письма Евгений довел до совершенства, фактурность предмета - до абсолюта. Мы не можем не задуматься о том, что осталось за «картиной». «Лесоповал местного значения» - яркое тому подтверждение. Крупно: топор лесоруба, его рука, канистра с бензином, а вокруг варварски сваленные деревья, которые безжалостно будут сожжены. Мы это прекрасно понимаем, отчего на душе становится грустно. Художник не сделал ничего сверх того, что позволил ему материал, и именно поэтому сделал так много, напрягая все наши духовные силы, чтобы понять «закадровый» подтекст.
В последние годы излюбленным жанром Кравцова стал натюрморт, изображение повседневных предметов быта: корзин, поверхности столов, пролитого молока и особенно чеснока. Простой русский овощ присутствует на многих полотнах Евгения Кравцова, это какой-то гимн чесноку, который красуется то в лучах заката, то под солнцем, то на скатертях, то перед окном. Искусствоведы считают, что здесь творчество Кравцова перекликается с творчеством американского художника Эндрю Уайета, как в сюжете, так и в исполнении, но такого чеснока у Уайета никогда не было и не будет. Это наше, родное!
Все пятеро костеревских художников - далеко не новички в живописи. Они не раз участвовали в различных выставках как в нашей стране, так и за рубежом, и их работы находятся во многих музеях страны и частных коллекциях России, США, Франции, Англии и т.д.