Долгоруков: с сердцем поэта
Князь Иван Долгоруков (или Долгорукий) был одним из самых родовитых владимирских губернаторов. А еще он запомнился как единственный профессиональный поэт среди начальников Владимирской губернии за всю ее историю. Стихи на любительском уровне или мемуары писали в старые времена многие военные и чиновники. Но в данном случае литература и театр стали почти второй профессией.
Литературным творчеством молодой князь серьезно занялся еще в Московском университете. Кстати, с годом начала его полномочий в качестве Владимирского гражданского губернатора — 1802-й — совпадает дата выхода в свет его первого поэтического сборника «Бытие сердца моего». И даже теперь поэзию Долгорукова-Долгорукого легко найти в интернете или библиотеке — как одного из ведущих поэтов России рубежа XVIII и XIX веков.
Вслед за литературными энциклопедиями, в которые навсегда вошел этот владимирский губернатор, вспомним, что Иван Михайлович ярче всего проявил себя в поэзии как автор любовных посланий, песен, од, шуток и остроумных мемуаров. У него был еще несколько архаичный «допушкинский» поэтический язык. В чем-то князь подражал более маститым литераторам того времени — Карамзину, Дмитриеву, Державину.
«Мужчин ли где кружок сойдется,
Там беспорядок и содом;
Бостоном день у них начнется,
А вечер кончится вином».
Критик Белинский считал, что Долгоруков - «поэт чувствительный и сатирический, нередко отличавшийся неподдельным русским юмором».
А еще Долгоруков был знатоком театра и талантливым актером-любителем. Написал несколько пьес и оперу. В итоге губернатор-поэт с широкой душой создал первую мужскую гимназию в губернии, отдав под нее старый губернаторский дом, добился постройки нового, в котором, кстати, теперь располагается ГТРК «Владимир». Это при нем появились первая казенная аптека в губернии, первый владимирский парк (впоследствии Пушкинский бульвар) и даже первый музей — в Переславле-Залесском. То есть наш губернатор-поэт основал первый провинциальный музей в России!
И, конечно, Долгоруков не мог удержаться от создания во Владимире первого театра. Правда, тот театральный «пилотный проект» князя-литератора после его отъезда из губернии не получил прямого продолжения, и Владимирский драмтеатр ведет историю с более поздних времен губернатора Донаурова (с 1848 года). Но первая попытка - тоже «в зачет».
Случилось так, что князь, поэт и губернатор Долгоруков пережил во Владимире главную трагедию своей жизни: в 1804 году здесь от чахотки умерла его жена, фрейлина и выпускница Смольного института Евгения, в девичестве Смирнова. Эта чудесная женщина, отца которой убил сам Пугачев, не дожила до 34 лет, до того родив мужу в счастливом браке 10 детей и разделяя все увлечения супруга. Она даже сыграла на любительской сцене главную героиню комической оперы «Нина, или Женщина, помешанная на любви» Николя Далайрака.
На смерть супруги владимирский губернатор с сердцем поэта откликнулся сборником тоскливых стихотворений «Сумерки моей жизни», изданным в Москве в 1808 году.
Впрочем, к моменту выхода трагического сборника князь Долгоруков в 43 года женился снова. На этот раз «мечтой поэта» стала 40-летняя владимирская вдова с княжеской фамилией - Аграфена Пожарская.
Как нередко бывает с нестандартно мыслящими управленцами, уйти с поста губернатора Ивану Долгорукову пришлось раньше, чем он предполагал - в начале 1812 года. На фоне наветов недоброжелателей по поводу коррупционных моментов. Наветы потом не подтвердились. А экс-губернатор в Москве на досуге полностью предался любимым хобби, организовав домашний театр.
Супонев и его «круговая чаша»
«Сменщиком» князя Долгорукова на посту владимирского губернатора стал генерал-майор Авдий Супонев.
Это был 1812 год — началась война с Наполеоном. Супонев вошел в историю региона, прежде всего, как успешный организатор Владимирского губернского ополчения, приема раненых и беженцев. А еще, как мы недавно вспоминали, он торжественно открыл в 1815 году во Владимире городской бульвар, который начал создавать Долгоруков.
Однако чем увлекался Супонев? Характеристику для него оставил все-тот же ироничный князь Долгоруков: дескать, секрет обаяния Авдия Супонева таился в его умении ни с кем не ссориться и устраивать пирушки с карточной игрой и возлияниями. По словам Долгорукова, Супонев был «человек очень хороший по нынешнему светскому разумению, то есть любил играть в карты и охотник был до круговой чаши, а с сими двумя свойствами где не наживёшь приятелей. Он был ласков со всеми по нынешней моде, то есть сулил много, делал мало. Добр и кроток, он не сделал никому зла и не хотел его сделать. Частые пирухи молодецкие и свободная картёжная игра приближили к нему множество молодёжи, которая в моё время приучена была к некоторым приличиям».
Так или иначе, а бесспорно то, что у Авдия Супонева тоже была замечательная жена: Мария, первая дама Владимирской губернии.
Она подарила мужу шестерых детей, а «семейство и хозяйство составляли главные и почти единственные её занятия». Но не только - «дама отменная, уважаемая всем городом и добродетельнейших качеств», по отзывам современников, была одаренной художницей. Мария Супонева писала маслом портреты и успешно копировала полотна известных мастеров.
Ланской, масонство и жена с розами
Необычными активностями на общественной и творческой ниве запомнилась еще одна владимирская губернаторская чета - Сергей и Варвара Ланские (Сергей приходился родственником Петру Ланскому, который женился на вдове Пушкина Наталье).
Сергей Ланской был владимирским губернатором в 1832-1834 годах.
Помимо государственной службы (а он прошел путь от губернаторства до министра внутренних дел), Сергей Ланской был заядлым масоном. Он дружил с декабристом Муравьевым и был сторонником и участником освобождения крестьян от крепостничества. Родители его супруги подозревали даже, что он тайно спонсирует журнал «Колокол» вольнодумца Герцена за границей.
А Варвара была женщиной доброй, мягкосердечной и доверчивой, - настолько, что стеснялась делать выговоры нерадивой прислуге. Знакомые видели, что в натуре Варвары преобладали три сильные страсти: «чадолюбие, живопись и садоводство».
Детей Варвара Ланская воспитывала сама, без гувернанток. Украшала стены в имении своими картинами, написанными маслом, акварелью, тушью и пастелью. В саду создала усыпанное великолепными розами маленькое поле и удивительный воздушный «театр», составленный из растительных элементов.